— Муравейник — ни дать, ни взять! А иначе и не сказать! — обалдел Глеб от данного необычного зрелища. — Ну и жилища!
— Самое то, — уверил подполковник, приглашая в одно такое место — блиндаж, который оставил за собой. Одновременно и рабочий кабинет и стрелковая позиция для обороны с РПК у закрытой амбразуры камнем. — Рассказывай — давай…
— Про что, когда нечего, — отреагировал Глеб. — Обошлось…
— Так уж — нигде никого и ничего не приметил нового, а интересного? — не поверил подполковник.
— Ты ж меня знаешь, Семён, какой резон врать, а тем более скрывать! Лучше сам расскажи, что у нас в поселении новенького? Ничего не случилось? — напомнил Глеб про блокпосты и связь с ними.
— Вот это бы и не мешало выяснить? Да не хочу принуждать, а тем паче неволить! Ну так и Люба не даст отдохнуть, как пить дать!
— Кстати, о воде… — настоял Глеб раздать её поровну всем людям.
Она была тёплой, даже в ином плотном бурдюке горячей, но всё же вода, а не кровь. Вкуснее и лучше не надо, а и не дано.
Всё-таки кое-какие бурдюки подполковник зажал, припасая на всякий случай, а то мало ли что — кто появится, а когда ещё доберутся вновь до "водопоя".
— Отчим…
— Это они кому? — уловил Глеб.
— Да так… Тебе ли не всё равно, — отметил Семён. — Не обращай внимания!
— Погоди! У тебя появилась кличка — дали погоняло? Ну, Бульбаш! Поздравляю…
— И ты туда же, твою наху…тор! Иди…
— Куда, а далеко? Так с радостью, — порывался Глеб проверить блокпосты.
— Размечтался, к Любке! Заждалась, а ночь спать не давала…
— Гарцевала? Только я за порог, как она прыг-скок — нашла нового ухажёра!
— А чтоб вас… Хотя не при веди Господь! И храни… Иди! Добром прошу — уйди!
— Уже — считай: нет меня, — испарился Глеб.
— Ненормальные! Шальные оба, аки пули! — пожурил их про себя подполковник, не скрывая радости, его затея удалась благодаря спецназовцу.
— А вот и я! — ворвался Глеб к Любе. — Не ждала?
— Скажешь тоже — заждалась тут одного дурака!
— Вона как! И чё? Умнее не могла найти?
— Да не на привозе — пока приценишься, а выбирать уже некого, и было бы из кого…
— Я тоже соскучиться успел! Надеюсь, не опоздал — не разлюбила ещё?
— Такого лихого героя, а сам говоришь постоянно: лиха беда начала…
Глеб валился с ног, но на поцелуй его хватило — и только-то.
— Эх… — вздохнула тяжело Люба, уяснив тяжёлую бабскую долю: ждать, надеяться и верить в счастье, которое сколь близко столь же и недоступно. Примостилась рядом с Глебом, ощущая телом его тепло. И так стало хорошо, что лучше и не надо — казалось, быть не может.
— Рота, побьём! — ворвался к ним в землянку…
— Семён… — уставился на него спросонья Глеб красными глазами.
— Отчим, — присовокупила Люба.
— Прохлаждаетесь, когда дел полно и по горло! А нужны мне сами позарез! Бери в руки обрез или чё там у тя… — уставился в свою очередь подполковник на "Вал". — Вот так штука!
— Жаль, патронов нет…
— Как — нет! Найдём! Для тя, хошь в пекле достанем!
— Не понял! Шутка юмора?
— Правда-матка… Имеется "Винторез".
— Винт!?
— И болты…
— Вы чё собрались конструировать, недоделкины? — не могла взять в толк Люба, о чём повели речь мужики.
— Он скорее Самоделкин, — просияла улыбка на лице Глеба.
— Да уж кем только не был в прошлом, а нынешнем здесь — начал с Бульбаша, а закончил Отчимом на свою голову!
— Отправляемся с караваном — я со своими людьми?
— Угадал — и через блокпосты…
Пора и впрямь заняться теми, кто покинул поселение по инициативе Глеба.
— Я с тобой и на этот раз не сбежишь, а и не отвертишься!
— Уже понял: хрен соскочишь…
— Кхе-кхе… — кашлянул Семён. — Я тут вам не помешал?
— А разве что-то было уже, а я не в курсе?! — уставился вопросительно Глеб на Любу.
Та в ответ послала воздушный поцелуй.
— Неужели не почувствовал?
— Не мог очерстветь в конец…
Глеб наиграно заглянул в штаны.
— Дурак… — не сдержалась Люба.
— Ну и шуточки у вас, молодёжь, — поспешил Семён на выход от них, ловя и дальше на слух споры меж влюблённой парочкой.
Они выпускали пар.
— Милые бранятся — только тешатся, — утешал себя данной мыслью комендант. А таких у него в поселении было сотни. И уже начали образовываться первичные ячейки общества по вполне понятной причине и интересам. — Если бы не ад — не пекло…
Глеб командовал отрядом, в то время как Люба находилась рядом и с тем же успехом руководила им. Посмотреть и впрямь было на что, отсюда столько любопытствующих взглядов.