Берёза и Бэтэр следовали по лестнице за Вереском и Магнитом, парнями из гвардии Варяга. Позади тянулись остальные, ещё двое прикрывали вход. Батя затерялся в руинах просторного холла, управляя зачисткой по рации.
- Хреном бы их маму… - шагая по ступенькам бухтел Бэтэр под пластиковой маской, закрывающей лицо. – Ну и вонища!
Когда-то блестевшее чистотой и стерильностью здание утратило былой лоск. Кровавые разводы изуродовали полы и стены, везде валялись ошмётки одежды, обглоданные кости, стрелянные гильзы, разломанные и целые черепа. Запах тухлятины и химии намертво въелся в стены.
- Контакт! – крикнул Вереск, оказавшись с напарником на втором этаже. – Вижу восемь целей!
Загрохотали выстрелы, к могильному смраду быстро примешался кислый вкус пороховой гари.
Виктор и Денис вошли на этаж и свернули в правое крыло, Вереск с напарником чистили левое. Остальные поднялись выше, грязная работа началась…
* * *
- Молодцы, парни! Быстро сработали! – похвалил спустившихся в холл бойцов Батя, спустя сорок минут после начала чистки. – Что с боеприпасами?
- Нормально! Всего по два магазина ушло! – поднял большой палец рослый боец с позывным Парус. – Одиночными били, мутантов не встретили.
- Нам один попался, ранний! – сообщил Берёза. – Вдвоём завалили! Три магазина в расход.
Выслушав отчёты всей группы, Батя нажал кнопку рации.
- Крыша, доклад! У нас чисто!
- Всё в порядке, командир! – прохрипел динамик голосом Зены. – Убрали пару десятков, от стационара шли!
- Принял, продолжайте работу! Конец связи!
Майор отпустил кнопку и взглянул на часы, нахмурился. После ухода Зелёного минул почти час, а он мало что сам не вернулся, так даже на связь не выходил. Один против пятерых пошёл… Жив ли? Если с ним что случится - его жена, черноглазая ведьма, не простит. Да и боец он хороший. Зря позволил самому в погоню идти… Но… Что сделано, то сделано…
- Слушай мою команду, бойцы! – выбросив из головы тяжёлые мысли, приказал майор. – Заряжаемся, оправляемся, заходим в подвал! Ярл, как бункер открывать, не забыл?
- Никак нет, Батя! – отозвался невысокий, плотный боец, служивший сапёром и знакомый не только с оружием, но и с инженерией. – Если генераторная цела, откроем! Иваныч подробно рассказал, что и как делать!
Проход к лестнице на цокольный этаж проверили в самом начале, до зачистки здания. Двустворчатая металлическая дверь с табличкой «Служебный вход» была не просто заперта, но подпёрта заваленным набок торговым автоматом. По верху белоснежного полотна двери кто-то написал красным – «НЕ ВХОДИ! ТАМ СМЕРТЬ!».
- Бэтэр, Парус! Сдвиньте эту хреновину влево, полностью не убирайте! К замку подобраться надо! Ярл, доставай отмычки и работай, как замок увидишь! Всем, приготовиться! Если оттуда что полезет – бить по готовности!
Бойцы засуетились, занимая свои места. Семеро отошли к противоположной стене, в десятке метров от прохода. Снятый с броневика пулемёт поставили на чудом уцелевший стол, прямо напротив двери.
Когда по матовой плитке заскрипел металл торгового автомата, все замерли в тревожном ожидании. Пока что никто с той стороны в дверь не бил и не скрёбся, но кто ж знает, что там? Не зря здесь оставили грозную надпись…
Сапёр быстро вскрыл нехитрый замок, повернул ручку и приоткрыл на пару сантиметров дверь, сразу же отпрыгнул в сторону.
- Матерь божья… - краснея, просипел Парус, стоявший ближе всего ко входу. – Ну и вонища!
Из щели между створками вырвались не мутанты и не зомби. По холлу пополз могильный смрад, настолько густой, что ощущался даже на вкус. Сквозняк немного спасал, вынося трупные миазмы в разбитые окна, но бойцы начали кашлять, кого-то стошнило.
- Хреном бы их маму… - выругался Бэтэр, плюясь густой слюной и с трудом сдерживая рвотные позывы.
Выждав несколько минут, пока бойцы не привыкли к отвратительному запаху, Батя дал команду открыть дверь. Никто не вылез, и первый боец, включив фонарь, прицепленный вместо подствольника, пошёл в короткий коридорчик. За ним потянулись остальные.
Длинный, почти двадцати метров протяжённостью коридор, выглядел как свалка скотобойни. Около полусотни изрядно разложившихся трупов лежали вповалку и по одиночке, пол залила грязно-бурая жижа. От смрада, заполнившего помещение, слезились глаза. Все старались не дышать, чтобы не задохнуться и не выблевать кишки.
Среди валяющихся трупов выделялись трое облачённых в чёрную униформу. Даже тлен не смог скрыть страшных ран на открытых частях их тел. Изорванные лица, искусанные руки… Двое явно покончили с собой – лежали отдельно от других, сжимая в гниющих руках автоматы, у обоих развалены черепа от выстрелов в рот.