У Ханоя не было обнадеживающих ответов ни на один из этих вопросов. Все, что он мог предложить в этот день — это новость о том, что полковник де Кастр был повышен до бригадного генерала, и что большинство других старших офицеров в укрепрайоне продвинулись на одну ступеньку в списках на повышение. Лангле и Лаланд теперь были полковниками, Бижар стал подполковником, а многие капитаны, которые фактически в течение нескольких месяцев командовали батальонами, теперь были повышены до майоров. В качестве товарищеского жеста офицеры выше по званию передали свои знаки отличия недавно повышенным офицерам ниже по званию. Таким образом, полковник Лангле унаследовал свои пять лычек от де Кастра, но так как последний, будучи кавалеристом, носил их на красном поле, Лангле пришлось использовать чернила, чтобы закрасить его черным. Генерал-майор Коньи в Ханое, который был бригадным генералом еще год назад, отправил де Кастру свои собственные звезды, сброшенные с парашютом вместе с бутылкой шампанского. Они упали за пределы позиций французов, прямо в руки коммунистов.
Суббота, 17 апреля 1954 года
Когда наступила ночь 16 апреля, еще одна колонна десантников из 6-го колониального парашютного батальона и двух парашютных батальонов Иностранного легиона сопроводила еще один конвой водоносов в ад «Югетт-6». Почти обычным порядком группа снабжения миновала блок-пост коммунистов рядом с их траншеями к югу от «Югетт-1», пробежала мимо пулеметного гнезда в обломках С-46 «Коммандо», и после незначительной перестрелки, наконец достигла «Югетт-6» в 01.25 с незначительными потерями. На этот раз конвою удалось доставить достаточно воды не только для минимального рациона гарнизона, но и для того, чтобы выпить за генеральские звезды де Кастра и Офицерский крест Почетного Легиона, только что полученный капитаном Бизаром за свою доблестную оборону «Югетт-6».
Но даже этот небольшой успех, поставил вопрос о том, стоило ли удержание «Югетт-6» такой цены. Лангле подсчитал потери для поддержания открытыми путей сообщения с «Югетт-6» в течение прошлой недели и они оказались больше, чем потери убитыми и ранеными во время всех контрнаступлений для захвата «Югетт-1». На фоне этого в уравнение можно было включить два фактора. Во-первых, тот факт, что прошлой ночью на парашютах были сброшены всего восемьдесят человек подкреплений. Во-вторых, северная часть аэродрома, с учетом траншей коммунистов, которые теперь пересекали ее, была в любом случае бесполезна в качестве зоны выброски. Генерал де Кастр согласился с мнением Лангле о ситуации и в 18.20 решил эвакуировать «Югетт-6» в течение следующей ночи. В то же время, он запросил у Ханоя максимальные усилия в воздухе для поддержки операции по эвакуации. Трудно судить, имело ли оставление «Югетт-6» серьезные недостатки в аргументах по состоянию на 18 апреля. Решение, по-видимому, принималось двумя офицерами сухопутных войск без консультации с офицером по воздушным операциям, майором Гереном. За потерей ОП «Югетт-6» сразу последовало приближение зенитной артиллерии и пулеметов противника к взлетно-посадочной полосе. Это сделало полеты транспортных самолетов по заданному курсу еще более опасными чем раньше, и таким образом, существенно повлияло на способность Дьенбьенфу выжить.