В бреду Егор переходил от одной вкладки к другой. Тексты на разных сайтах говорили примерно одно и то же – судно пропало два года назад около Реюньона, когда разразился сильнейший шторм. Ни обломков, ни выживших, ни тел, вообще ничего. Это все не реально. Но тем не менее вот он, сидит в ЦПУ судна, которое уже не должно существовать, на котором работает интернет и которое спокойно заходит в порты. Подавляя панику мужчина пытался думать. Еще таблетку, срочно. Судно лежит в дрейфе, примерно там же, где оно якобы пропало. Но если никаких сообщений уже не приходит два года, значит никто из офиса и не приказывал ложиться в дрейф. Выходит, капитан сам решил это сделать, значит простоять здесь они могут сколь угодно долго. Егор попал в западню.
Вдруг в окне ЦПУ он увидел блик от фонарика. Быстро, на автомате он закрыл все на компьютере стармеха и прыгнул в свое кресло, пытаясь изобразить скучающий рабочий вид. Сердце колотилось. Через мгновение дверь приоткрылась и в ЦПУ заглянул моторист. Егор посмотрел на это искаженное гримасой лицо. Казалось, что глаза стали косить еще больше. Рожа еще немного поторчала в дверях, потом исчезла. Егор решил немного выждать, прежде чем уходить. Через пол часа он вышел и стал подниматься по трапам к выходу. Когда мужчина проходил мимо открытой водонепроницаемой двери, которая вела на корму, в непроглядную тьму, он услышал снаружи голоса, искаженные нечеловеческие голоса, которые общались на смеси русского и неведомого. Единственно, что он сумел разобрать была фраза «котел снова готов». Егор усилием воли заставил себя идти дальше, чтобы не быть замеченным. У выхода из машины, в углу, стояла металлическая трубка около метра длинной. Мужчина захватил и ее – одним маленьким ножом будет сложно отбиться.
Зайдя в каюту, он как обычно заперся, трубку оставил у двери, нож оставил в кармане. Шутки кончились. Егор достал из ящика блокнот и начала записывать все, что пришло в голову. Мужчина лихорадочно думал что же делать. Судно слишком далеко от берега. Управление судном не перехватить, ему не дадут подойти ближе к спасительной земле. Спасательный плот легко догнать на шлюпке. Значит, именно шлюпку ему и надо использовать для побега. Вторую наоборот нужно привести в нерабочее состояние, но делать это нужно в самый последний момент, иначе обнаружат. Спокойно, чтобы выжить нужно успокоиться. Он уже и не думал про сон. Только выключил свет, чтобы не привлекать внимания и сидел в темноте.
Порой он терял ход времени и чувство реальности, тогда в рот отправлялась таблетка, иногда две, но легче не становилось. Он слышал, как возле его каюты кто-то тихо ходит, видел тени через щель внизу двери. Что-то опять начало литься в техническом отсеке. Осторожно, не шумя он открыл туда дверь и посветил фонариком. Из каюты стармеха, сквозь трещину, которая стала больше раза в три, в подволоке бежала струя черной жижи. Он открыл дверь в душевую – и там эта субстанция, льется сверху через панели обшивки. Нужно просто дожить до утра, просто не выдать себя, не показать, что он все знает.
Ночь он просидел в каюте без света, прислушиваясь. Звуки шагов появлялись то за дверью, то на палубе, перед иллюминатором, монотонно лилась черная жижа за дверью технического отсека и в душевой. Казалось время шло слишком медленно. Наконец стрелка на часах подползла к семи утра. Пора выходить и действовать как обычно. Не подавать виду, хотя бы это он умел делать хорошо.
Егор открыл дверь – в коридоре никого, только грязные следы босых ног. Не обращать внимания, нужно идти на завтрак. С столовой тоже никого. Отлично. Мужчина через силу затолкал в себя порцию холодной еды и быстро спустился в машину. Сел за свой стол и начал с ужасом ждать когда придут другие. Что если они уже решили с ним что-то сделать? К чему готов котел? Не к тому ли, чтоб его туда посадить? Они ведь так и поступили с предыдущем вторым механиком, не так ли? Мужчина попытался отвлечься и зашел в интернет. Зря, от плохих новостей стало только хуже. Когда же это все закончиться? Дверь в ЦПУ открылась, все люди из машинной команды зашли разом. Их лица были безумными, руки тряслись, рты беззвучно открывались. Последним зашел стармех, вся его одежда была пропитана черной жижей, он был босиком. Как будто бы все было нормально, он прошлепал до своего кресла нетвердой походкой и рухнул в него, два раза прокрутился на нем, как на карусели и завел монолог, абсолютно бессмысленный, состоящий из несвязных слов, некоторые из которых были на непонятном языке, как будто бы состоящим из одних согласных. И был ли это вообще какой-то язык, или же просто набор букв? Не паниковать.