– Веди.
Толпа расступилась, я молча шел за жрецом. Шел и про себя костерил Литера всеми известными мне ругательствами. Я ведь полный неуч в этих вопросах, даже не знаю, как мне делиться божественной силой, не говоря уж о том, чтобы понять, что здесь происходит. Пока шли по деревне, я изо всех сил желал, чтобы выросло дерево, забил ручей, появилась птица. Ни-че-го! Вся энергия, которую вкладывал в желания, словно исчезала в воздухе. Е-мое! Что же делать? «Бежать, – зашипел в ухе змей, – ты практикант, а здесь случай тяжелый даже для полноценного бога. Нужно драпать! Ты думаешь, их боги не слышали? Слышали, зуб даю! С ядом! Просто боги – они умные и не лезут туда, где силенок не хватит. Так что давай разворачивайся в сторону храма». Я поднял хвост и стукнул Белочку по голове. Змей взвизгнул и, тихо матерясь, закопался в волосах.
Зудеть-колотить! Дом, в который нас привели, был самым большим в селе. И он был полон детей. От новорожденных до угловатых угрюмых подростков. В комнату я шагнул первым, пригибая голову, чтобы не удариться о низкий проем двери. За мною следом вошел Баюн, остальные остались во дворе. Видно, Тавр подал людям какой-то знак, чтобы не путались под ногами. Увидев меня, дети беззвучно, словно испуганные мыши, прижались к стенам. Только одна девочка осталась лежать посреди светлой комнаты на лоскутном ярком одеяле, выглядевшим очень неуместно в этой обстановке. Маленькая, худенькая, года три, с заостренным личиком и запавшими щеками, она беззвучно дышала, глядя в потолок синими-синими глазами. В комнату с плачем протиснулась молодая женщина, она бережно подняла ребенка на руки и что-то зашептала, прижимая девочку к груди.
– Амбец! – тихо позвал я.
Удивительно, но в этот раз альва появилась молча, сосредоточенно рисуя в воздухе какие-то знаки, она бросила на меня внимательный взгляд и пробормотала:
– Плохо. Все очень плохо. Нужно убираться отсюда.
– Что с девочкой?
– Полное физическое истощение. Что-то вытягивает из нее жизнь. Если бы дети нормально питались, то смогли бы продержаться еще некоторое время. А так они все покойники. Соль, тебе нужно уходить.
Она впервые обратилась ко мне по имени, даже ни разу не обозвав, и это испугало меня до дрожи в коленях.
– Амбец, что вытягивает энергию из окружающего мира?
– Я не знаю. Нужно посмотреть на этот столб. Но здесь просто воняет от темной магии. Мощной и грязной.
– Наш старый знакомый?
– Похожая, но намного хуже.
– Что ты можешь сделать?
– Я должна защищать твое тело, а ему пока ничего не грозит, – буркнула Амбец, внимательно оглядываясь вокруг.
– Я прошу тебя.
– Гм… Могу поставить защиту на этот дом, и тогда ты сможешь использовать свою божественную энергию. Только учти, амбал, защита продержится не более суток. И это будет тебе стоить ожерелья с бриллиантами из клада дракона!
– Согласен! Если ты поможешь мне спасти этих людей, выберешь себе все, что захочешь, из украшений!
– Слово?
– Слово!
Амбец плюнула на ладошку и протянула мне для рукопожатия, я лизнул указательный палец и дотронулся до маленькой ладони альвы. Ритуал был соблюден. Малышка подлетела к моему уху и начала нашептывать указания, перемежая их такими словами, что у меня закрались подозрения, уж не ходила ли моя телохранительница под началом Генри Моргана на «Розе Кардиффа»? Иначе откуда приличной девушке знать такие выражения?
– Эй, жрец! Обведи дом сплошной линией, и пусть мужики начинают копать по этой линии канавку на ширину лопаты. Неглубокую. – Я показал, какой глубины. – Главное, чтоб разрывов нигде не было. И быстрее, если хотите детей спасти!
Баюн выскочил из дома, с улицы раздались крики, и через десять минут дом был окопан по всем правилам воинского искусства.
Наверное…
Я так думаю…
Ну, мне так кажется…
– Ничего, вот забреют тебя в демонский спецназ, узнаешь, так это или нет, – злорадно прошипел обиженный на меня Белочка.
– Типун тебе на язык, скользкий! Ну-с, приступим!
Я почувствовал, как по венам вновь заструилась бурлящая веселая божественная сила, которая ассоциировалась у меня с газированным вином, и только сейчас понял, что после того, как сошел с лужайки, окружающей храм, я ее не ощущал.
Так, во-первых, детей нужно накормить. Что там обычно любят дети? Честно говоря, мой опыт общения с малышней можно было пересчитать по пальцам одной руки. У друга была младшая сестра – назойливая, доставучая шантажистка; помню, Серый покупал ее молчание походами в «Макдоналдс», почему-то она тащилась от гамбургеров. Я сосредоточился.