Эвингс, не отрываясь от Харрингтона, ожидал монолога. Харрингтон, прежде чем начать, тяжело вздохнул.
– Майк, помнишь свой день рождения?
Браун перевел опустошенный взгляд на Генри.
ᅠ
Глава 7
Воспоминания
– С днем рождения тебя! – пели Генри с Роном, хлопая в ладоши. – С днем рождения тебя! С днем рождения, лучший друг Майкл! С днем рождения тебя!
***
– После того, как мы отметили твой день рождения, мы прощались на перекрестке. Как сейчас помню… – ухмыльнулся Харрингтон от теплой ностальгии. – Ты, Майк, сказал, тебя вырубает и нужно срочно рухнуть в кровать. А ты, Рон, утверждал, что мы посидели мало и нужно срочно исправляться. Немного поспорив, в итоге мы пришли к компромиссу посидеть так же завтра и потопали по домам.
***
Брентфорд-стрит как и днем, так и ночью – тихая и спокойная. Однако в сумерки небезопасная. У единиц в квартирах горел свет в занавешенных окнах, а старинные фонари на дорогах периодически гасли: трижды короткими, трижды длинными и вновь трижды короткими задержками. И так по кругу. Отсюда улица освещалась уныло и очень подбешивала.
«Задержаться лишний раз в магазине – неплохая идея», – мыслил Генри, ступая по тусклым оранжевым закоулкам.
***
– Одну содовую, – попросил он продавщицу.
– Конечно, – неестественно выдавила улыбку молоденькая, лет двадцати пяти, женщина.
– Что-то не так?
– Оу, не обращайте внимания, вы не виноваты. – Она растерянно перевела взгляд в сторону.
– Тогда в чем дело?
– Тема личного характера, – очертила границы девушка. – Вот ваша содовая, – продолжала фальшиво улыбаться она.
– Ну уж нет. Я не уйду с тем фактом, что не помог вам. А помочь я точно смогу, поверьте.
– Вы даже не знаете, что произошло.
– Но выслушать-то можно в любом случае. Всегда легче, когда люди не знакомы, согласитесь?
– Да вы прям супермен…
– Зря отшучиватесь, мисс: я действительно хочу помочь. Позвольте доказать вам это.
Возникла неудобная пауза. Генри привел женщину в ступор. Она явно не готовилась к подобной настойчивости парня.
– Но зачем вам это? Слушать чужие проблемы.
– Потому что я знаю, каково это, подавлять переживания в себе. Если вы выскажитесь – ничего постыдного не будет. Уверяю, я осуждать не буду.
Девушка всерьез взвешивала выбор. Судя по беспокойным движениям зрачков и постукиванию кончиками пальцев о деревянную столешницу, делиться чувствами она не привыкла, с незнакомцами и в помине.
Генри печально вздохнул:
– Ну, что ж, тогда…
– Я миссис.
– Что?
– Вы сказали «мисс». Так вот, знайте, я «миссис». Недавно я поругалась с мужем. На этом же месте. К ссорам-то я приспособилась – оба вспыльчивы. А вот фраза, после которой он ушел куда-то… очень задела…
– Что он сказал? – нахмурился неравнодушный Харрингтон.
– Заявил, что поспешил с предложением. «Лучше бы мы вообще не женились». Так он сказал. Но ведь… не мог же он впрямь думать о разводе? Он ведь сгоряча? Да кого я обманываю? На эмоциях не врут. Никогда не врут… – Девушка заплакала. – Ох, простите, пожалуйста.
– Все в порядке, не переживайте. Я вас успокою. Насчет эмоций вы не правы. Человек на эмоциях хочет лишь задеть вас, не больше. Потом он и сам пожалеет, что ляпнул это. И ваш муж – не исключение, гарантирую!
– П-правда? – Женщина посмотрела на Генри, словно котенок, умоляющий глазками забрать к себе.
– Исследованием доказано! Уверен, он сегодня же придет и извинится.
Женщина выдохнула с облегчением. От слов Генри она будто засияла.
– Спасибо! Спасибо вам огромное! Мне очень не хватало постороннего мнения!
– Ой, ерунда! Рад, что мне удалось помочь! Удивлен, что так быстро. Но это даже лучше. Сколько с меня за содовую?
– Бросьте. За счет заведения, – пролучезарила она. А Харрингтон взаимно. – Я Бетти.
– Генри, – улыбнулся он, слегка кивнув.
Спокойную и дружелюбную обстановку прервал резкий звонок на мобильный Харрингтона. Поворчав, он вынул телефон из кармана и, прежде чем ответить, взглянул на экран – звонил отец.
– Чего тебе? – проскрипел парень, приложив телефон к уху.