– Не переживай. Тут все свои, быдла нет. Мы понимающие.
– Тогда я люблю денек-второй подряд зависнуть за играми.
– Игры?! – услышал Маркус через наушники и крикнул до вздрога. – Что за комп, чувак?
– А, не, у меня иксбокс.
– Во блин…
– А кроме игр – спорт, баскетбол.
– Ничесе, спорт… – оцепенел Свенсон. – Что тобою движет не бросать?
– Давай в другой раз, – выдавил улыбку Харрингтон. – Ну, а моя заветная мечта – организовать свою рок-группу.
– Воу-воу-воу, да перед нами будущая звезда! – восторженно выдал Карл. – Чел, ты крут. Не, реально. Ты единственный, кто поразил меня за последнее время. Отчасти мне даже завидно. Папаша отправил доучиваться к вам, в скромную школу. Думает, буду ближе к простому обществу, найду себя. Хотя это ни хрена не работает! Но толку упертым объяснять, верно? Мне даже нечего рассказывать. Я просто тип, которому повезло родиться в богатстве. Скажу тебе, бро, это отстой. Отборного класса. Когда с малого возраста деньги, там… возможности, престиж – цель существования пропадает. Как и детство. Только и будешь делать, что тратиться на всякую ересь, не давая ей какую-либо ценность. Зато без жалости и мыслей «надо ли мне оно».
– Неужели все настолько плохо?..
– Не-не, все путем! Я веду к тому, что я чистый лист по сравнению с вами. Лишь в будущем я владелец брендового магазина, раскиданного по всему миру. Однажды приду к этому. Рон, – Карл легонько тронул его пяткой за колено, – твоя очередь.
– А, ну… Я, скорее, из творческого. Влюблен в фотографию. Дома есть фотик. Точнее, полароид – я склонен к фотокарточкам. Скоро каникулы, а долги нажить успел. Хобби пока пылится на полочке. Вот сдам долги да как начну фоткать! Альбомов не сосчитать будет.
– Ух… Что больше фотографируешь? – спросил Генри.
– В принципе, все, что увижу красивым. Из последнего, девушку на скейте под розовым закатом. Она была не против. Могу и тебя запечатлеть.
– Почему бы и нет. После каникул жду фотокарточки. Джейден, – обратился к нему Генри.
– М?
– А ты у нас в чем спец?
– Шахматы.
– Ох-хо-хо…
– Придержись! Ты говоришь с региональным трехкратным чемпионом, – гордо объявил МакКлауд. – С пяти лет отдали учиться. Не прогадали. Мне понравилось. Вот теперь охать можно.
– Ну и микс у нас у всех по интересам!
– А я играю в комп! – крикнул Маркус.
– Да видим мы, угомонись уже, – требовал Рон.
– Я не в этом смысле!
– Да поняли мы!
– Бесполезно, – твердил Карл. – Он так до ночи просидеть может.
– Или нет… Короче, есть идея! – зашептал Андерсон.
– Рон, ты че задумал?
– Кое-что очумительное! Генри, сходишь со мной до соседей?
– Ого-го, что-то намечается? Не вопрос.
– Зачем? Я вообще не вдупляю. Что происходит? – говорил Свенсон.
– Доверьтесь мне. Клянусь, этот вечер вы не забудете.
***
Голден по-прежнему каменно сидел на дермантиновом кресле и держал мокрую от пота, переливающуюся подсветкой мышку, усердно тыкая на механическую клавиатуру, прислушиваясь к шагам противника.
Выскочил один из них. Маркус молниеносно зажал левую кнопку мыши и потянул ее вниз, контролируя отдачу непослушного виртуального автомата. Он убил врага шестым по счету выстрелом, точно в голову.
Сверкнула долгожданная плашка о победе. Матч завершен. Союзники прощались в чате со словами «спасибо за игру».
– Да-а! Да!! Наконец-то, победа! Победа! Сколько же я просидел. И сколько терпел… Мочевой щас лопнет. Парни, извините за задержку. – Он снял наушники. – Команда никак сдаваться не хотела.
Маркус повернулся к приятелям, однако никого, кроме одинокого дискошара на меховом ковре, не обнаружил.
– Не понял… Все ушли что ли? Э-эй, ребята-а! Вы дома? Я закончил игру! Немного подождать пришлось, не спорю, но теперь я свободен!
На кухне раздался алюминиевый грохот; учуялся едкий, почти до слез, запах горелой морковки.
– Та-ак, а вот это уже совсем не смешно…
Голден подлетел с продавленного кресла, покинул комнату и направился на кухню.
Добравшись до нее и оперевшись у порога руками о стенки прохода, от увиденного он в край ошеломился: Джейден нагло вытащил на стол практически всю еду из холодильника, оставив дверцу открытой. Он с заметным удовольствием пожирал разогретые в микроволновке куриные крылышки, предварительно обмакивая их в чесночном соусе.
– О, Маркус! – окликнул тот его. – Ты это пробовал? Пальчики оближешь.
– Да как он попробует? У него ж времени нет! – проостроил Карл, стоявший у плиты, крепко держа большого диаметра сковородку. Внутри закинута порезанная на терке морковка, успевшая покрыться угольной корочкой. – Бро, я придумал способ засечь, долго ли ты сидишь за компом. Как видишь, – он показал сковородку со сгоревшей напрочь морковкой, – сидишь ты ну о-очень долго! – рассмеялся Карл, заливая гурманское блюдо оливковым маслом. В результате вспыхнуло столбом трехфутовое пламя. А «петардный» треск из микроволновки, изо всех щелей густой дымина, взрывной вылет тонированной дверки аж на стол и звонкий «дзыньк» подали конечный сигнал. – О! Кажется, попкорн готов!