– Зачем было лить на меня воду? – Маркус протирал лицо. – Весь прикол обломался!..
– В смысле?! Это ты так пошутил?! – недовольно рявкнул Андерсон.
– В этом доме смеется последним я – Маркус Голден! – дьявольски расхохотался он.
– Придурок! Я думал мы испугали тебя до смерти.
– Видели бы вы свои рожи!
– Ну ты и козлина, – буркнул Карл.
– А нехрен хаос в моем доме наводить! Знать будете! Теперь уберите его, пожалуйста, я в туалет хочу… – Он указал на добермана, недоверчиво посматривая на него.
***
Двенадцать часов ночи. Генри решил отдохнуть от нагнетающей суеты за пределами дома, на белой дубовой скамейке. Он наклонился корпусом вперед, скрепил руки в замок и размышлял.
Парень давно не заводил дружеских отношений. Обычные школьные знакомые на приятелей не тянут, потому как им необходимо было всплошную узнавать лишь домашнюю работу. Или они ограничивались стандартными вопросами о делах, чисто ради вежливости.
Оснований по поводу застоя в дружбе как таковых нет. По крайней мере, такую цепочку строил Генри. Что-то непонятное терзало его внутри – не хватало чего-то.
Мысленный поток прервал вышедший на крыльцо Рон.
– Харрингтон, вот ты где. Повсюду ищу тебя, – сказал он позади.
Генри задрал голову к крыльцу.
– Ой, что-то случилось?
– Разве что-нибудь должно случиться? – Рон спускался по ступенькам, а после подсел рядом. – Смотрю, сидишь в одиночестве? Может, это как раз таки у тебя что-то случилось?
– Не-не! – Генри убрал руки в карманы. – Я к тусовкам не привык, проветриться вышел.
– А-а, ясно. А то уже напугал меня.
Рон достает из кармашка джинсов пачку сигарет, вынимает оттуда одну, обхватывает ее сухими губами и подносит огонь от глянцевой синей зажигалки. Первая затяжка сделана.
– Будь добр, убери это. – Угрюмый Генри указал на сигарету.
– А что не так?
– Убери это, ради всего святого.
Андерсон слегка был в замешательстве, но все же выполнил просьбу: он кинул сигарету на землю и потушил подошвой кеда.
– Спасибо.
– Объяснишь, почему? – Рон, посмотрев на Генри, сделал брови домиком.
– Хоть ты-то не майся этой дрянью. Не терплю курящих.
– Но почему?
– Не нравится, что люди курят, и все.
– Причина есть всегда, Генри. Даже на твою неприязнь к курящим. У тебя какая?
– Неважно.
– Старик, ну чего ты, я же не засмею тебя! Колись давай, раз начал.
Харрингтон, подыша в ладони, приклеил их друг к другу и приставил к подбородку, держась локтями за колени.
– Я завидую вам. Очень завидую. Так ведь проще вымещать накипевшее, чем спортом. Иногда я воображаю себя с сигаретой и делаю вид, что выкуриваю ее. Но в реальности не могу – дорожу здоровьем.
– И правильно, что дорожишь. Похвально. Все равно курение не освобождает наболевшее, оно заталкивает его еще глубже. Я от друзей прихватил эту привычку. Теперь зависим.
– Бросить желаешь?
– Да, но… не представляю как. Карл говорит, невозможно выбраться из этого.
– А ты побольше Карла слушай. Себя-то не пробовал?
– Я не знаю, с чего мне начинать. Боюсь, не справлюсь.
– Привычки есть двух типов: хорошие и плохие. Третьего не дано. Нужно лишь заменить плохую на хорошую. Хочешь, помогу?
– А ты знаешь методы?
– О-о, для курильщиков у меня отдельная программа.
– Интригант… Какая?
– Заинтересован? И делать будешь все, что скажу?
– Звучит многообещающе… Я согласен.
– Отлично. – Харрингтон по-лисьи улыбнулся.
***
На следующее бодрое утро, в семь с половиной часов, ребята с рюкзаками на плечах активничали по тротуару: Рон на последнем издыхании вяло пытался угнаться за Генри, набравшим достаточно стабильный темп бега.
– Знал бы, что это… пробежка… – сквозь одышку доносил Андерсон. – Я бы… Я бы… обдумал все еще раз!
– Поэтому я и не сказал тебе! Сразу началось бы: «Ой, Генри, мне что-то нехорошо – волосы заболели!», «Ой, Генри, живот скрутило», «Представляешь, Генри, я ногу сломал!». Какие там еще отмазки у вас есть?
– Сбавь скорость!.. Я не успеваю!..
– Сбавить? В третий раз? Старик, дальше – только пешком.
– Правда?! Слава богу!
– Не в этом смысле, размечтался!
– Да чтоб…
– Это же не быстрый бег, Рон!
– Не для меня, в корне не для меня… Сколько там еще до школы?..
– А я почем знаю? Просто беги и наслаждайся тем, что видишь!
– Уж постараюсь…
Помимо слепящего солнца, с толку сбивали и гудки нетерпеливых водителей легковушек. В Хельсоне обычно пробок не было – город не такой большой. Но сегодня словно всему населению резко и срочно куда-то понадобилось. Последний день распродаж? Отныне на всех работах штрафуют за опоздание? Туалетная бумага кончилась? Откуда такая суматоха?