Предисловие
Семилетняя девочка стояла на опушке и смотрела на лес. Лес шумел листвой, манил прохладой и обещанием приключений. Бабушка строго-настрого запрещала ходить туда одной, но вот же совсем рядом, на поляне, ? заросли ярко-красной земляники. Девочке казалось, что она чувствовала свежий и сладкий запах перезрелых ягод. Она осторожно подошла к самому краю леса. Трава тут была такой высокой, что доставала девочке до пояса. Вокруг неё, на лёгком ветру, раскачивалась трясунка, склонял тяжелые головки перловник, шуршал прошлогодний ковыль.
Девочка знала, что в лес нельзя, но ей было всё равно. Он звал её, она слышала. Неожиданно сильный порыв ветра принёс запахи: прелые листья, грибница, сладковатый запах трав. От деревьев её отделяла только полоса Иван-Чая, сплошь усыпанного ярко-розовыми цветами. Он всегда рос на краю, отделял лесное от человечьего.
Нарушать бабушкины правила было одновременно и сладко и страшно. Девочка выдохнула, сжала руки в кулачки, шагнула раз, другой и замерла, прислушиваясь. Все было так же, как и в любой другой раз, когда они ходили в лес вместе с бабушкой. Пели птицы, шумела листва, нещадно кусались комары. Девочка присела сорвать земляники и увидела коричневую крепкую шляпку белого гриба. Показалось правильным принести бабушке грибов, чтобы она не ругала ее за то, что не послушалась. Вдалеке виднелась ещё шляпка, а за ней – следующая. Девочка сняла платок с головы, начала прямо в него собирать грибы. И не заметила, как зашла глубоко в лес.
Грибов больше не было видно, и она остановилась. Лес тут был темным, непроглядным. Под ногами не осталось ничего, кроме хвои. Она посмотрела по сторонам, но не увидела, откуда пришла. Ели обступали такой плотной стеной, что не пробиться.
Она начала прислушиваться, надеясь услышать шум машин или голоса из деревни, но поняла, что не слышит ничего. Вообще ничего. Не пели птицы, не шумел ветер, даже надоедливого писка комаров над ухом не было слышно. Паника подступала издалека. Да, бабушка учила её ориентироваться в лесу, но тут, на этой поляне, всё было иначе.
К тому же она чувствовала, что кто-то наблюдает за ней оттуда, из темноты.Что она тут не одна. Тишина давила. Она бросилась в одну сторону, в другую — исцарапала лицо и руки, споткнулась, упала. Из леса донеслось хихиканье. Стало невыносимо страшно. До боли. И девочка закричала.
Глава 1. Тимофеевка
Тимофеевка убережёт в пути. Защитит от воров, недобрых людей, а дорогу сделает короткой и гладкой. Один колосок нужно зашить под шов нижней одежды, а второй положить в обувь.
Из записных книжек Розы
Ржавый пазик подъехал к вокзалу. За стеклом кособоко выглядывала от руки написанная на коробочном картоне табличка “Троицк — Александровка”.
С трудом верилось, что эта крашеная явно вручную посудина способна хоть кого-то куда-то доставить. Но люди на остановке споро заходили в раскаленное солнцем нутро и рассаживались по местам.
Астра вздохнула и обернулась в поиске дочери. Та уютно расположилась на скамейке и снова рисовала в своём блокноте.
— Ами, милая, наш автобус, иди скорее сюда!
Девочка сложила карандаши и блокнот в рюкзак и подбежала к матери, вложила липкую от конфет ладошку в её, влажную от волнения. Астра крепко сжала руку дочери, снова вздохнула, подхватила чемодан и пошла к автобусу.
Настежь были открыты и окна, и люк в крыше, но в автобусе всё равно было душно. Солнечные лучи обжигали даже через стекло. Астра перебирала влажные кудряшки, прилипшие ко лбу дочки, заснувшей прямо у неё на коленях.
Город остался позади, в душном летнем мареве. Автобус неторопливо ехал по пыльной проселочной дороге. Пыль залетала в салон и оседала на вещах, волосах, хрустела на зубах. Мешала дышать.
По обочинам дороги рос густой лес. Казалось, ещё пара лет, и он полностью заберёт у человека этот путь: прямо под колеса пазика опускались тяжёлые еловые лапы, в канаве росла высокая, в человеческий рост, трава, а на дорогу то и дело выбегали мелкие зверьки.
Астра смотрела за окно и вспоминала своё последнее лето у бабушки. Она прислонилась к стеклу и прикрыла глаза, проваливаясь в тревожный прерывистый сон, в который вторгались голоса соседей по автобусу.