– На золотом крыльце сидели…
Когда считалочка закончилась, Ева открыла глаза. Глеб лежал, а Тод отвешивал точные и размеренные пинки. Что ж, игрушечные боксеры часто ломаются при столкновении с реальностью.
Глава 3. Дрянь такая.
Поведение человека было алогично. Исход стычки – предопределен. Правда, субъективно она длилась дольше объективно затраченного времени. Это свидетельствовало в пользу теории относительности восприятия эмоционально значимых моментов.
Тоду вывод будет интересен. Вероятно.
– Да останови же ты его! – взвизгнула Ева. До чего неприятный у нее голос.
– Скажи, ты испытываешь чувство вины?
– Я?!
– Ты стала фактическим катализатором данной стычки. Хотя я полагаю, что истинные причины лежат вне контекста твоей личности.
Изменившееся выражение лица Евы можно было интерпретировать и как согласие, и как отрицание выдвинутого Айне тезиса. И поэтому Айне ждала. Ева сдалась первой.
– Просто останови его. Пожалуйста.
– Тогда ты ответишь? Мне не хватает данных для ориентации в межличностных отношениях.
– Ну и дрянь же ты! Да! Господи, да! Я чувствую себя виноватой! И ты будешь чувствовать, если твой придурочный дроид убьет человека.
Предположение было беспочвенно. Айне не несла ответственности ни за действия Тода, ни за поступки Глеба. Но ситуация и вправду требовала вмешательства: с учетом условий нынешняя агрессивность могла быть расценена неадекватно.
– Тод, хватит, – сказала Айне. Поднявшись, она подошла к лежащему человеку, присела на корточки и потрогала разбитый нос. На ощупь кровь была мокрой и немного липкой, она имела специфический запах и вкус скорее сладковатый.
Глеб дышал, часто и неглубоко. На каждом вдохе кровяная струйка вползала в рот, а на выдохе – выползала. Айне положила руку на грудь и замерла, вслушиваясь в стук сердца.
Оно звучало иначе, чем у Тода.
– Отстань от него, – попросила тень Евы, ложась на Глеба. – Убери своего монстра. И сама убирайся Слышишь?!
Айне покачала головой. Интересно. И еще у Глеба глаза странные, со светлым кольцом вокруг радужки. От кольца отходят жгуты, которые стремятся к зрачку. Кажется, что сам этот зрачок подвесили на жгутах, хотя на самом деле он – лишь дыра.
Снова индивидуальные ощущения диссонировали с имеющимися данными.
– Да что ж ты за дрянь такая? – спросила Ева, присаживаясь. Ее пальцы трогали Глебово лицо, и шею, мяли плечи и руки. Они тоже проявляли любопытство, но иного характера, чем то, которое умела проявлять Айне. Оттолкнув обоих, Глеб попытался сесть. И Ева заботливо поддержала его за плечи. Вытащив платок, она принялась вытирать кровь с лица. Глеб запрокинул голову, опираясь затылком на Евину руку.
Взаимодействие этих двоих завораживало.
Они не разговаривали друг с другом, меж тем прекрасно друг друга понимали. И оба демонстративно игнорировали присутствие Айне.
– Пойдем, – Тод коснулся плеча. – Лучше вернуться в здание. Дождь скоро.
А дом почти не пострадал. Один угол просел, один приподнялся, выдирая кусок фундамента с корнями пластиковых нитей. Но крыша была цела, и окна тоже, и Игорь мялся на пороге, оглаживая полы нового, золотисто-зеленого пиджака. Вместо галстука с шеи свисал длинный беличий хвост, украшенный алмазной брошью.
– Здесь не принято выяснять отношения кулаками, – с упреком заметил Игорь, глядя на Тода.
– Приношу свои глубочайшие извинения.
– Надеюсь, подобное, больше не повториться?
Тод пожал плечами.
– Не повторится, – ответила за него Айне. – Что это такое?
По улице медленно ползла платформа. Из-под нее вытягивались белесые нити, которые ложились на асфальт, прикрывали ямины и принимая вес следующей платформы. Эта заливала нити пеной.
– Ремонт, – сказал Игорь, теребя беличий хвост. – Новые технологии. Вам надо отдохнуть. Вам надо поесть. Скоро принесут еду. А после вы ляжете спать. Вы нуждаетесь в отдыхе.
– Я нуждаюсь в том, чтобы попасть в бункер.
– Нет.
– Почему? Вы обязаны обеспечить мне максимально комфортный и безопасный уровень существования.
Пена же расплывалась и застывала. Цвет ее изменялся, а по центру пунктирной линией проступала разметка.
– Жизнь Команданте – величайшая ценность! – Игорь вытянулся. – Ситуация слишком неоднозначна. Имеется риск покушения, и мы не можем допустить гибели…
– В таком случае, вы бы поторопились с анализами, – Ева шла медленно, приспосабливаясь к шагу Глеба. Тот хромал и выглядел сильно поврежденным, но тоже кивнул, присоединяясь к просьбе.