«Троица лунных богинь, которые когда-то управляли изначальной небесной сферой и вплетали любовь и страсть в самое сердце мира, давно канули в тень времени. Но те, кто следует за приливами и отливами, всё ещё поют и молятся, ведь скоро взойдёт новая луна…». Не знаю, что из этого является правдой, и правда ли хоть что-то из этого вообще, но как-то так…
Ласка замолчала, и я не стал сразу ничего говорить. Мы просто так же медленно двигались куда-то вперёд, каждый думая о своём. Странная история. Странный мир. Ведь девушка рассказала её так, как будто полностью допускает все события из этих легенд. Мол, может и не правда, а может и правда. Или правда, но не вся. Хотя кто знает, эти Тейватские небесные светила. Может они на самом деле являются какими-то Богами. Этого я не знаю и навряд ли узнаю, но знаю, что самое время высвободить свою руку из-под её, а потом … положить на талию. Не на свою, конечно. Мы остановились.
— Я провела прекрасный вечер. Но ты же понимаешь, что, между нами, ничего не может быть?
Глава 8
— Я слишком молодой для тебя?
— Я слишком старая для тебя.
— Это вопрос дискуссионный.
— Почему, если не абстрагироваться на твоём лице, мне кажется, что я говорю с человеком гораздо старше, чем ты выглядишь? Ты точно не обладатель Вижена, с какой-нибудь мрачной тысячелетней историей за плечами? — Она хохотнула, явно не особо веря в такую вероятность.
— Тысячу лет мне точно не скоро стукнет. И я точно не обладатель Вижена. Нету у меня его, отвечаю. Впрочем, нет — так будет. — Ну не вру же, и правда нету, а про реальные годы просто не сказал.
— Уверенности тебе не занимать. Ну, хоть тут всё нормально.
— Что именно?
— Ну, почти все дети мечтают о том, что однажды получат Глаз Бога, станут Избранными, и их жизнь пойдёт по пути каких-нибудь древних героев, о которых им рассказывают в сказках. Дети растут, становятся подростками, и их мечты просто-таки превращаются в уверенность, что вот-вот, рано или поздно, но совершенно точно Архонты изберут их для каких-то своих неведомых целей и вручат желаемое прямо в руки… Такое бывает, но даже те, кто получил Вижен крайне редко получали его напрямую от Богов. Ну вот, твоя уверенность в этом — хоть в чём-то ты похож на молодёжь твоего возраста.
— Давай уж раскроем эту тему до конца. Подросток становится взрослым, бредни про пути древних героев блекнут на фоне того, что надо как-то устраиваться в жизни и зарабатывать на хлеб и вот человек уже забывает о своих мечтах и идёт на работу, где впахивает с утра до вечера. Хотя нет-нет да и посещает его периодически мысль, что всё могло быть по другому, и вместо этой опостылевшей работы он мог бы жить красивой жизнью, полной подвигов и приключений, но всё равно от таких мыслей, скорее всего, ничего не меняется, и всё у него продолжается как у 99 человек из 100. Да и если вдуматься, та самая «красивая геройская жизнь» по факту скорее всего наполнена нудной работой, грязью, болью и тем ещё дерьмищем, которое не рассмотреть за мишурой волшебных легенд.
— Ну вот, снова не похож. Всё верно рассказал, с цифрами только ошибка, скорее, как у 999 из 1000, а то и меньше. Точно эти соотношения выданных Глаз на количество населения неизвестно — подсчитать это невозможно, только приблизительно прикинуть, но точно уж не 1 из 100. Скорее: один на несколько тысяч… Что-то мы загулялись. Наверное, надо расходиться и спать? — Она посмотрела на меня странным взглядом.
— Да, действительно, наверное, надо, — я приобнял Ласку второй рукой и чуть сблизился, буквально пару секунд мы прижимались друг к другу, но тут же она чуть отошла.
— Извини. Ты — хороший мальчик, но это было бы слишком для меня. — Угу, если сейчас ещё начнёт говорить про «давай останемся друзьями», это уже будет слишком для меня.
— Ну ладно. Если честно, я не слишком рассчитывал. Прогулялись и хорошо. Да и вообще всё сложно. Идти со мной к себе в гостиницу ты явно не захочешь, чтобы не светиться перед вашей бандой, а ко мне можно, но я живу со своей тётей. Она тоже явно не обрадуется, скажет наверняка: «Что за гулящую бабу ты сюда приволок?» Это она бы так сказала, не я! Да вот беда, ну, для неё беда: не скажет уже ничего, глухонемой стала, в результате несчастного случая.
— Что?!
— Ну вот вышло так. Так что я тебя позвать могу, почему нет, но сразу хочу предупредить, чтобы неприятных сюрпризов не было, что в доме одна комната, и живём мы в ней вместе. Но в принципе… так, чисто теоретически… я бы, конечно, очень хотел, чтобы ты пошла со мной.