Пролог
Когда я первый раз услышала о нашем переезде, я возненавидела Сент-Луис. Я не хотела переезжать, не хотела бросать все то, что было у меня здесь, в Порт-Анджелесе: школу, друзей, дом, в котором я провела все детство. Но это стало необходимостью: Боба - моего отчима - перевели в Сент-Луис, и у нас с мамой не осталось выбора. Точнее, у меня его не осталось.
Но в день отъезда все планы резко меняются: странный человек на пороге, непонятные разговоры, обещанная встреча с отцом, которого я никогда не видела...
Но это было только начало. Если бы я знала, сколько сложностей еще ждет меня впереди, сделала бы я другой выбор? Отказалась бы от той жизни, которая причинит мне столько боли и мучений?
Нет. Ведь тогда я бы не встретила его...
Глава 1
«Сент-Луис. Я вообще ничего не знаю об этом городе, а собираюсь там жить как минимум до окончания школы. Но мне 17, значит, мучиться придется не так долго» - с этими мыслями я просыпаюсь уже который день подряд. Но сегодня не простое утро, напоминает мне будильник, который звенит на два часа раньше, чем обычно. Сегодня, как говорит мама, «начинается наша новая жизнь». Я, нисколько не разделяя ее оптимизма, со стоном выключаю этот ужасный звук, который, я уверена, ненавидит вся планета, но не встаю, а лежу, глядя в потолок. Думать о переезде я уже не могу, о том, что меня ждет в новом незнакомом городе – тем более. Да и не приходится...
Мама, которая от волнения встала бог знает во сколько, а может и не ложилась вообще, что, скорее всего, так и было, уже отправила Боба проверить встала ли я. И вот он, виновник нашего переезда, уже поднявшись по лестнице (между прочим, за считанные секунды, я всегда хотела спросить, через сколько ступенек он перепрыгивает), стоит за дверью в мою комнату, чтобы сообщить, что мне стоило встать уже целых 16 секунд назад. Постучавшись и спросив можно ли войти (что очень в его стиле, но чего уж никак не скажешь о моей маме), он делает несколько шагов внутрь комнаты, оглядывая ее, и с театральным ужасом замечает, что я еще в кровати.
- Мама будет недовольна, ты же знаешь, – шепчет он, потому что мы оба знаем, что она слышит все, что происходит в этом доме, и немножко - в соседнем. – Вставай и спускайся, завтрак уже на столе.
- Ладно – бормочу я, лениво сползая с кровати и мысленно проклиная начало сегодняшнего дня.
Он уходит, прикрывая дверь, а я иду в душ. Чтобы помыться мне обычно нужно 20 минут, но сегодня, в такой «важный» день, я с удовольствием просидела бы в ванной как минимум часа 2. Представляю себе лицо мамы, если я нарушу ее планы относительно времени нашего отъезда, и мне сразу кажется, что 15-и минут вполне достаточно.
Сушу волосы, чищу зубы, умываюсь. Затем стою перед зеркалом и вожусь с прической. Мама советует чаще экспериментировать, но я обычно склоняюсь в сторону хвоста.
Покончив с волосами, смотрю в зеркало. Привлекательность, которой, как многие считают, я обладаю, во многом досталась мне от мамы: темные густые волосы, большие карие глаза, пухлые губы – все это наши с мамой общие черты. Только нос выбивается из этого списка: у меня вздернутый, а вот у мамы прямой и длинный. Спроси я у мамы, она бы ответила, что такой нос был у моего отца, но я и сама понимаю, а расстраивать ее не хочу. Разговоры про отца - это наверно то единственное, что может надолго выбить ее из колеи. Да и разговаривать здесь особо не о чем: он много пил, когда я была совсем малышкой, не появлялся дома и, в конце концов, совсем пропал. Мама пыталась искать его, сначала сама, а потом пошла в полицию. В общем, его нашли мертвым в другом городе. Причина смерти: передозировка. Я не скучаю по нему, да и как можно скучать по человеку, которого совсем не помнишь, который настолько ненавидел свою жизнь, свою семью, что пил круглыми сутками и не участвовал в воспитании ребенка от слова совсем. Я не ненавижу его за это, но и не грущу, что его нет рядом. Скорее всего, мне просто все равно.
Отгоняю неприятные мысли, выхожу из ванной и, мельком глянув на часы, понимаю, что нужно поторопиться. Натягиваю джинсы и уютный мягкий свитер, в котором будет удобно лететь; в котором будет удобно пролететь полстраны - напоминает внутренний голос, и я проклинаю этот день во второй раз.
Складываю в чемодан последние вещи и в последний раз оглядываю комнату, в которой прошло все мое детство. Наворачивается слеза, но я быстрым движением смахиваю ее, выхожу из комнаты и закрываю дверь. Не разреветься же мне, в самом деле.
Спускаюсь по лестнице и иду в кухню. Там только Боб, и я благодарна, что мама решила проверить содержимое чемоданов еще раз.