- Ну что, готова? – спрашивает Боб и, не скрывая энтузиазма, улыбается, потирая ладоши.
Я медлю с ответом. Готова ли я? К новой жизни, к новому городу, к новым людям. Определенно, нет.
- Конечно. Все будет отлично. «Начинается наша новая лучшая жизнь!» – нарочито громко говорю я, чтобы мама из соседней комнаты уловила мой позитивный настрой и показываю большой палец вверх.
- Не паясничай, - в кухню заходит мама с отвратительно веселым лицом и кучей одежды, которую нужно взять с собой. - Тебе там понравится, вот увидишь.
Она хлопает меня по спине, целует Боба в щеку и исчезает в дверях.
- Она тоже переживает. И я. Нам всем нелегко, пойми. – говорит Боб, но я ему не верю.
- Да, я понимаю. Просто мне нужно... привыкнуть к мысли о том, что ничего в моей жизни уже не будет прежним.
- Это не так, и ты это знаешь. У тебя всегда будем мы с мамой. - он резко встает и идет обнять меня, но я, не готовая к такому жесту, как бы не заметив его попытки, быстро и нелепо отхожу в сторону и хватаю пачку хлопьев.
- Ммм, мои любимые! - насыпаю в тарелку и начинаю быстро есть, прекрасно зная как нелепо и неестественно выглядит все, что я делаю, когда мне неловко.
Боб сначала молча смотрит на то, как я давлюсь сухими хлопьями, а потом начинает ржать. Я не сдерживаюсь и смеюсь вместе с ним. Когда он такой веселый и ненавязчивый, я начинаю понимать, почему мама вышла за него. Они познакомились на работе, как ни странно, и, как говорит мама, "это была любовь с первого взгляда". Я никогда не верила в такие вещи, и вряд ли мамины слова заставят меня пересмотреть взгляды.
Решаю залить хлопья молоком и позавтракать нормально. От нетерпения мама начинает таскать чемоданы на улицу сама, и Боб, заметив это, подрывается ей помогать.
Доев и помыв за собой тарелку, иду в холл и просто стою не зная чем себя занять.
- Дорогая, помоги мне, пожалуйста! - зовет мама из спальни, видимо уже закончив с чемоданами и непонятно как очутившись в комнате, и я бегу, обрадовавшись, что не придется стоять посреди дома без дела, в то время как все заняты сборами.
Мама стоит перед зеркалом, и не может выбрать какую блузку ей надеть: синюю или фиолетовую. Мне кажется, что любая блузка в самолете - не лучший выбор, и я предпочла бы что-то поудобнее, но поймав мой многозначительный взгляд, она дает понять, что возражения не принимаются. Улыбаюсь тому как мы понимаем друг друга без слов и искренне советую ей надеть синюю. В это время заходит Боб, уставший от работы грузчика, но ужасно довольный тем, что все идет как нельзя лучше. Замечаю, что он переоделся (и когда он только успел): на нем серый спортивный костюм и кроссовки - вот что действительно стоило надеть каждому из нас. Заметив его обувь, осознаю, что сама еще босиком. Иду к выходу, беру балетки и надеваю их: удобство превыше всего.
- Так, ну вот мы и готовы, осталось вызвать такси, и еще раз все проверить, - говорит мама, берет с полки телефон и набирает номер. - Дорогой, ты уже можешь переодеться, мы скоро выходим. - заметив наши недоумевающие взгляды, она удивленно спрашивает. - Что? Только не говори, что ты собирался ехать в этом ужасном костюме.
Она как ни в чем не бывало уносится вызывать такси, а Боб тащится переодеваться. И вот я опять стою как дура, не зная, куда пойти и что делать. Это касается не только моего положения сейчас, а всей моей жизни в целом. Не знаю, что буду делать первое время, никого не зная, но со временем должно стать легче. Так я думаю, или, по крайней мере, мне хочется надеяться на это.
Мои размышления прерывает звонок в дверь. Вздрогнув от неожиданности, я иду открывать, так как мне одной нечем заняться.
- Я открою! - кричу я, по дороге думая, кто бы это мог быть. С друзьями я попрощалась еще вчера и попросила их не приходить сегодня, потому что так будет сложнее нам всем. Наверно, соседка пришла выразить свое негодование, потому что мама не предупредила ее заранее, что мы уезжаем, и они не смогут нормально попрощаться.
Открываю дверь и вижу последнего человека, которого ожидала увидеть. Точнее, я вообще не ожидала увидеть подобного человека. Высокий, в черном классическом костюме, в черных лакированных туфлях, с идеально уложенными волосами - ну прямо вылитый "человек в черном". Осознаю, что стою и пялюсь на него уже больше минуты, откашливаюсь и спрашиваю:
- Здравствуйте, я могу вам чем-то помочь?
- Здравствуй. Это дом семьи Джеймс? - говорит мужчина очень низким голосом, но я почему-то не удивлена.