Выбрать главу

Спустя еще полчаса каких-то манипуляций с документами, мы, наконец, садимся в самолет. Я сажусь у окна, и водитель не возражает. Стюардесса предлагает что-то, но я отказываюсь. Стив спрашивает, удобно ли мне, и не нужно ли мне что-нибудь. Я молчу, отвернувшись к окну. Заметив мое обиженное лицо, он оставляет меня в покое. Неужели так сложно ответить на элементарные вопросы? Возможно, он просто выполняет очередное задание, но ведь я живой человек, а не какая-нибудь посылка. Я так устала за эти полдня, как не уставала за неделю моей обычной жизни. На самолете я лечу впервые, но мне, почему-то, не страшно. Я просто хочу спать. Просто уснуть, и отдохнуть от всего этого. Мы взлетаем, я начинаю засыпать. Уже сквозь сон слышу знакомый голос водителя.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Ричард. Его зовут Ричард.

Глава 4

«Не могу поверить, что сейчас увижу его. Вот он. Я со всех ног бегу к нему. Он уже ближе. Бегу со всех сил. Он видит меня.

- Папа! – кричу я изо всех сил. – Папа!

Бегу так быстро, как могу.

- Папа! Я здесь! – я бегу, но расстояние между нами не сокращается. Я бегу очень быстро, но он не становится ближе. Что-то не так.

- Папа! – что он делает? – Папа! – он отворачивается от меня и... уходит. Я не могу догнать его. Что происходит? Он не слышит меня?

- Папа-а-а...»

Я просыпаюсь от того, что кто-то трясет меня за плечи. Стив. Он выглядит встревоженным.

- С тобой все хорошо? Ты кричала, – он протягивает мне стакан воды.

Делаю глоток, и мне становится лучше.

- Да, просто кошмар, - людей в салоне стало определенно меньше. – Мы уже на месте?

Стив кивает, встает и помогает встать мне.

- Такси уже ждет нас. Пойдем, – он выходит. Я иду за ним.

Как только я выхожу, меня обдает свежим теплым воздухом. Сейчас ночь, я совсем запуталась во времени, потому что проспала весь полет. Но даже ночью в Ричмонде как днем. Горят тысячи огней, все светится. Высоченные здания: кажется, что верхушками они достают до звезд. Я не могу оторвать глаз. Начинает казаться, что я стою с открытым ртом. Быстро опускаю голову и оглядываюсь по сторонам. Стива нигде нет. Вокруг толпы людей, все они суетятся и бегают вокруг меня. А я стою одна, без вещей, и не знаю, куда мне идти. Решаю, что паника сейчас ни к чему, и пытаюсь смотреть поверх голов людей. Ничего не выходит. Что же мне делать? Вдруг замечаю в толпе парня, более-менее, как мне кажется, моего возраста. Подхожу к нему и задеваю за плечо. Он оборачивается и вопросительно глядит на меня. Глаза. У него такие красивые карие глаза. Они, почему-то, кажутся мне знакомыми. Такое доброе выражение лица. Стою и растерянно таращусь на него. Он внушает мне какое-то странное чувство. Даже не знаю. Мне хочется довериться ему.

- Привет, эээ, – мямлю я. – Ты не подскажешь, куда идти, чтобы выйти... куда-нибудь? – мысленно бью себя по лбу. Как же глупо я, должно быть, выгляжу.

- Привет, не переживай, я тоже сначала потерялся, - смеется он, и я нервно смеюсь вместе с ним. Его улыбка такая теплая, она словно говорит: не переживай, скоро все наладится. – Ты первый раз здесь? Одна? Куда тебе нужно попасть? – заваливает меня вопросами. Я не знаю, что ответить.

- Так, ладно. Давай по порядку, – заметив мою растерянность, он берет меня за локоть и сажает на свой чемодан. Он здесь тоже, явно, один. – Как тебя зовут?

- Ванесса, - отвечаю я, шмыгая носом.

- Так, уже что-то, Ванесса, - подбадривает он, снова улыбаясь своей ангельской улыбкой. – Ты прилетела одна? Не волнуйся, я не маньяк, - смеется он. – Просто я пытаюсь понять, как тебе помочь.

- Нет. Со мной был Стив. Такой... - я оглядываюсь, но его нигде нет. – Такой высокий, в черном костюме...

- Стив? Откуда, говоришь, ты прилетела? – он подозрительно смотрит на меня, как будто я несу какой-то бред.

Но я вдруг замечаю знакомый силуэт в толпе. Вскакиваю, на ходу бросив парню «спасибо», и пробираюсь к водителю. На эмоциях мне хочется расцеловать водителя, а еще лучше дать пощечину, за то, что бросил меня. Заметив меня, он хватает меня за плечи и с облегчением вздыхает.

- Где ты была? – его тон, однако, совсем не соответствует выражению его лица. Он явно волновался.