Что ж, так бывает, когда целуешь девушку, в которую влюблен кто-то другой. Хакс улыбнулся разбитыми губами своему отражению, которое увидел в отполированной поверхности пола. Вот уж не думал, что застанет время, как этот выродок влюбится в кого-то. Хотя бы ради этого нужно было поцеловать Рей.
- Ревнуете, Верховный Лидер? – Он знал, что подписывает себе смертный приговор каждым словом, но перед лицом неизбежного хотелось не пасовать. В конце концов, мужчина всегда знал, что Кайло Рен однажды убьет его.
- Поднимись, когда разговариваешь со мной! – Рявкнул Верховный Лидер. Наконец, маска притворного спокойствия спала. Он так долго её носил и с такой скоростью от неё избавлялся! Без малейшего сомнения. Будто только сейчас осознав, что притворство могло стоить ему… кого-то бесценного.
Генерал медленно поднялся, держа голову. Плечо немилосердно болело, но они оба знали – сейчас они только вначале их длинной, безнадежной беседы. Горящие злостью и каким-то безумием, глаза Кайло обещали много боли.
- Думаешь, это из-за этой девки? Нет, Хакс, это тебе привет от новых друзей. – Он говорил медленно, словно растягивая удовольствие. Генерал ощутил, как воздух странным образом стал заканчиваться в легких. Будто каждое слово Кайло Рена сжигало кислород, но дело было в пальцах, которые сжимались в кулак. Хакс помнил это ощущение. Этот выродок уже проворачивал с ним такое, когда узурпировал власть после убийства Сноука. – От тех, которым ты, ублюдок, уже не первый день сливаешь информацию о делах Первого Ордена. Хм… так ты этим её завоевал? Она такая покорная за то, что ты шпион Сопротивления?
В следующую секунду генерал Хакс почувствовал сокрушительной силы удар в грудь. Из него будто весь дух вышибли.
Тело впечаталось в стену и медленно сползло.
Стоило догадаться, что Верховный Лидер знал, кто шпион.
В конце концов, если догадалась Рей, то почему бы не догадаться Рену? Возможно, она даже как-то невольно выдала его – ведь вроде их разумы были как-то хитроумно связаны.
- Ты знаешь, что бывает за предательство, генерал, - откуда-то издали донеся ненавистный голос, сочащийся ядом и высокомерием, а затем все вокруг будто померкло. Толк в пытках этот выродок знал очень хорошо, потому каждый удар, нанесённый при помощи Силы, был точен и безжалостен. Неудивительно, что его рыцари были такими мастерами в вытягивании информации, раз их обучал такой монстр.
А потом всё в секунду прекратилось. В момент, когда генералу Хаксу показалось, что порог боли достигнут, и в теле не осталось не единой целой кости, повисла зловещая тишина, в которой были слышны только приближающиеся шаги.
- Генерал Хакс, и ещё одно… прежде, чем мы… закончим, - совсем тихо произнес Кайло, будто вынося окончательный приговор, - я не люблю, когда трогают мои вещи.
И в следующий момент Кайло ударил его ногой в живот. Затем ещё раз. И ещё. Это было так… по-человечески. Если до этого он действовал, как разгневанный правитель, который воздавал предателю по заслугам, то сейчас, без применения Силы, его бил просто ревнующий мужчина, который терял дорогую ему женщину.
Хакс знал, что сам поставил на себе крест, когда поцеловал Рей, но именно воспоминания о её тепле сейчас будто закрывали его от сильных ударов.
- Она…не… вещь - прохрипел генерал, сплевывая кровь на пол.
Кайло, неожиданно, присел.
- Она здесь та, кем я ей прикажу быть – гостей, вещью или пленницей, понял?
- Тогда стал бы ты, наконец, мужиком и не приказывал, а дал право выбора, глядишь, не пришлось бы от ревности меня избивать. – Тот свет, что горел в нем после одного-единственного поцелуя, давал ему мужество говорить в лицо Верховному Лидеру, возможно, свои последние слова. - Если бы она была любимой кем-то, то не… - в следующую секунду он получил новый удар.
Договорить, видимо, у него не было шансов, ибо правду слушать Кайло Рен не любил никогда.
*
Рей стояла в каюте Кайло.
Неудивительно, что он ей позволил сюда попасть – вокруг царила абсолютная безликость. Белые стены, стол да большое окно в пол вряд ли могли раскрыть какие-то страшные тайны. Естественно, где-то здесь должна была быть дверь, ведущая во второй отсек, где Кайло спал, но искать его кровать девушка не стремилась.
То, что ей было нужно, она нашла сразу – голокрон, загадочно поблескивая, стоял на столе. В принципе, это было логичным, если учесть, что кроме ключа, Кайло запирал свои покои ещё и Силой. Даже Рей пришлось немного повозиться. Потому не удивительно, что бесценный артефакт вот так просто лежал на поверхности, словно чашка.
Девушка небрежно бросила металлический пропуск на стол – возвращать его она не собиралась, пускай Верховный Лидер ломает голову как в свои стерильные покои попасть.
Рей коснулась прохладной поверхности голокрона. Вот и всё. Её миссия закончилась. Она выиграла информацию и…проиграла саму себя, потому что сейчас вся распадалась на части от мысли, что должна улететь. Ей так и не удалось разбудить Бена. Признав, что связь между ними существует, Кайло, однако, не изменился. Он остался все таким же злым, жестоким и деспотичным. Хуже всего было то, что даже такой он страшно притягивал её, но это не имело значения. Скорее всего, эта странная зависимость была лишь следствием их связи. Нельзя было быть двумя частями диады и не чувствовать ничего.
Хотя…
У Кайло, определенно, получалось.
Ей было нелегко признаться, но после поцелуя Хакса она надеялась увидеть во взгляде Кайло хоть какую-то эмоцию. Хоть намек на то, что она не просто инструмент для достижения цели, а и сама цель. Тогда бы все эти выстрелы в свою сторону можно было бы оправдать. Но нет. Миг прошел, а мужчина в темном остался таким же спокойным и равнодушным. В то время, когда она всем сердцем рванулась к нему, позволив кому-то другому целовать её, ему было плевать.
Девушка уже собиралась выйти, когда заметила, что на плаще Кайло, который был небрежно брошен на стул, что-то тускло блеснуло. Какая-то искра в этой белизне и безликости. Она отложила голокрон и подошла ближе. Присмотрелась. На ткань была прикреплена обычная, невидимка, которыми девушки закалывают волосы.
Вроде одной из тех, которыми она пользовалась на Джакку, убирая непослушные прядки.
Вроде одной из тех, которую она потеряла во время битвы с преторианскими гвардейцами больше года назад.
Девушка осторожно открепила невидимку от плаща и повертела заколку в пальцах. Она была бронзовой и, действительно, похожей на те, которые она за паёк однажды выменяла у торговца побрякушками. По крайней мере, на Джакку были именно такие – бронза была единственным металлом на её родной планете.
Сердце Рей странно дрогнуло. Неужели, это действительно её вещь, и Кайло носит эту невидимку всегда с собой как воспоминание?
Рей тряхнула головой. Ей не стоило обманывать себя. Таких безделушек по Галактике было больше миллиарда, небось, оставила какая-то красотка, вроде капитана Колд, когда приходила развлекать своего повелителя.
Девушка ощутила, как по телу разлилась теплая волна дрожи. К своему стыду, она знала, что если бы Кайло позвал, ей бы не хватило сил сопротивляться. Если бы снова начал целовать, как на Мустафаре, она бы стащила с себя и одежду, и кожу, и даже Свет. Сложно было отрицать, что ей хотелось быть именно с ним, хоть она и ужасно боялась этой его жестокости, которую, он, несомненно переносил даже в секс.
Рей сжала невидимку так сильно, что та даже слегка уколола её. Что это на неё нашло? До того момента, как она в тронном зале не осознала, отчего Кайло такой спокойный и расслабленный, подобные мысли не закрадывались ей в голову. Видимо, похоть как-то разливается в воздухе и отравляет всё вокруг.