Девушка уперлась спиной в стену, и Борис Алексеевич опустил руку. Вместе с этим схлынула злость, бушевавшая внутри еще секунду назад.
– Ну что ж. Отдыхай.
Лиля медленно проводила охотника взглядом и от обиды пнула проклятый барьер – тот легко отъехал назад. Стоп. Секунду. А почему она злилась? Девушка запустила пальцы в волосы, лихорадочно соображая. Вот так дела. Вот в чем сложность упражнения. Не в телекинезе, а в том, что охотники легко ловили чужие эмоции. Вот что она делала не так! Бесилась, вместо того чтобы отгородиться и успокоиться.
Так. Она обязана попробовать снова. И в этот раз заранее сконцентрируется на каком-нибудь приятном ощущении. Например, как они с подругами гуляли в зимнем лесу. Тогда пригревало солнце, хрустел под ногами снег, тихо щебетали птицы, почувствовав первые нотки весны. Настоящая гармония! Да! То, что нужно!
– Уже закончили? – спросила Арина Валерьевна, обходившая аудиторию.
– Нет! – выкрикнула Лиля. Серебров удивленно повернулся, впрочем, как и все остальные.
– Я поняла, где ошиблась!
– Борис Алексеевич? – преподавательница посмотрела на охотника, тот просто кивнул и вернулся на место.
– Я почти… – Лиля встала поудобнее, разминая руку, но барьер начал надвигаться без предупреждения.
Да какого…! Это не по правилам! Задание же звучало совсем не так!
Стоп! Она опять «словила» его злость. Воспоминания о зимнем лесе исказились, и вместо «гармонии» Лиля вспомнила про холод, неудобную обувь и окончательно потеряла настрой. Чтобы не упасть, девушка вцепилась в края барьера и уперлась ногами, но это не помогло. Что же делать? Стена все ближе!
Лиля закрыла глаза и выдохнула. Нужно успокоиться. Ничего страшного не происходит. Это просто барьер, стена, а он просто человек…
В памяти всплыл давно забытый образ их встречи в больнице, и… в груди разлилось тепло, словно зажегся крошечный огонек. Лиля уцепилась за это чувство, стараясь всеми силами сохранить его.
Искры засветились, и проявился знак. Девушка протянула руку, не открывая глаз.
Ему незачем вредить мне… незачем на меня злиться.
Лиля крепче схватилась за кант барьера, уперлась в фанеру правой ногой, налегла, перевешиваясь через край, и с трудом сдвинулась вперед.
Главное – удержать тепло!
Лиля толкала барьер, вытянув руку, – знак гасил гнев охотника. Девушка налегала изо всех сил на преграду, и стоило сдвинуться хоть на сантиметр, как она тут же подставляла ногу, закрепляя крохотные шаги. Еще и еще! Девушка взмокла, но прошла гораздо больше, чем просила преподавательница, и не собиралась останавливаться.
Она смогла продвинуть преграду далеко, сразу на несколько шагов, не успела подставить ногу… как вдруг пальцы коснулись руки охотника. Девушка широко распахнула глаза и вздрогнула – она подошла слишком близко. Борис Алексеевич даже не вытянул руку для своего знака. Всего на мгновение они встретились взглядами, и…
Барьер больше ничего не удерживало. Лиля наклонилась, и фанера, на которую она опиралась, скользнула по рельсам назад, ударив ее по ногам. Девушка, взвизгнув, не удержалась и повалилась вперед на охотника, сбив его с ног.
Они сидели в коридоре перед кабинетом. Серебров держал пакет с сухим льдом на затылке – удар о пол оказался болезненным, а Лиля прикладывала лед к переносице. Девушка смущенно сжалась на самом краю скамейки, радуясь, что из-за компресса не видно ее лица.
Как же ей было неловко! Она буквально сгорала от стыда, а еще проклятый мозг все напоминал, как она полетела вперед и впечаталась… в грудь? В живот? Какой кошмар. Сердце опять зашлось, и стало тяжелее дышать.
Ну почему приехал именно Серебров? Лучше уж она бы упала на того веселого парня… Конечно, лучше всего было бы ровно стоять на ногах.
– Цветкова, – тихо выдохнул Борис Алексеевич. Лиля вздрогнула, не ожидав, что охотник заговорит с ней.
– Ну кто так делает? Приходи помочь, говорили они, первый год знаков… Как-то мне с твоей группой не везет.
– Увлеклась, – пробормотала Лиля, тихо выдыхая про себя. Он не сердился.
– Простите, Борис Алексеевич.
– Боря… – машинально поправил мужчина и сам удивился. – Однако неплохо меня знаком приложило.
– Боря? – Лиля неожиданно для себя расплылась в глупой улыбке.
– Цветкова, не наглей. Борис, но на «вы» и когда рядом никого.
Мужчина снова замолк, но Лилю так и подмывало что-нибудь спросить. Почему он сегодня пришел? А тогда? Это просто совпадение? А как он создавал знак? Но с языка сорвался совершенно дурацкий вопрос.