Она набралась смелости, выпрямила спину и выпалила:
– Я знаю, что я «глупая школьница». Так и есть, я младше всех в группе, на курсе, но… я могу решать за себя. И я хочу стать охотницей. Я делала очень плохие вещи в прошлом, совершила ошибку. Я хочу иной жизни. Хочу быть… нужной. И это нечестно – выгонять меня из-за возраста, из-за того, что я что-то там не смогу, ведь я даже не пробовала. Или…
Лиля с трудом сглотнула и все же заставила себя произнести фразу ровно:
– Или из-за того, что несколько месяцев назад я совершила страшнейшую глупость в своей жизни. Если я завалю экзамены – пускай меня отчислят. Выставят на улицу. Я согласна. Значит, я действительно не подхожу, и это будет правильно. Но не так, не потому, что я…
– Тихо, – Борис выставил перед собой руку, останавливая девушку. – Тебя никто не выгоняет. Все хорошо.
Лиле показалось, что охотник едва заметно кивнул Арине Валерьевне, сжимающей конверт. Преподавательница сухо произнесла:
– Ладно. Но вы уверены?
– Это единственное, в чем я сейчас уверен, – хмуро ответил Борис. Преподавательница долго смотрела на него, словно о чем-то думала. Очень сложном. Важном. Наконец женщина сдалась и сложила конверт вдвое.
– Спасибо, – проговорил охотник, и почти в тот же момент в кармане куртки зазвонил мобильный. Он достал его, бросил быстрый взгляд на экран.
– Прошу прощения. Работа, – он хотел было развернуться, как застыл и перевел взгляд на Лилю. – Ну, учись, Цветкова. Увидимся.
Охотник быстро пошел к воротам, с кем-то разговаривая. Лиля восхищенно смотрела вслед оперативнику. Борис Алексеевич. Странно прозвучало. Всю жизнь она звала по имени-отчеству людей значительно старше себя, а мужчина выглядел лет на двадцать пять. Интересно, что он сказал учительнице? В чем он был уверен? Девушка задумалась и не заметила, как Арина Валерьевна направилась в дом, продолжая сминать конверт.
– Ну, чего стоишь? – окликнула преподавательница. – А ну марш к одногруппникам!
Глава первая
Москва
9 июня, 2017 год
Черная «киа» резко затормозила перед светофором. Лилю дернуло, и она выронила папку с бумагами, которые изучала. Документы выскальзывали из онемевших от холода пальцев, раздражая юную охотницу.
– Можно аккуратнее? – хмуро пробормотала девушка, но ответа не последовало.
Навигатор на приборной панели показывал плюс восемь, и это девятого июня! Лиля, справившись с бумагами, закинула их в бардачок. Не спрашивая разрешения, охотница включила печку, поспешно подняла ворот тонкой осенней куртки и съежилась. И чего она не поддела что-нибудь теплое, например водолазку, под форменную рубашку? Охотница покосилась на напарника – его вот холод не беспокоил. Наверное. Лиля осторожно присмотрелась к нему.
Борис Алексеевич, Борис, бывший наставник, а теперь напарник Лили, был, пожалуй, слишком молчаливым. Охотник хмуро «сканировал» дорогу, о чем-то думая. И как же Цветкову подмывало о чем-нибудь его спросить.
Так и не придумав, что сказать, охотница отвернулась и уставилась в окно. Знакомые места. Старая стройка, замороженная пару лет назад. Технику вывезли, и из-за забора виднелся только остов так и недостроенной башни. Совсем рядом было здание, куда Лилю и ее курс вывозили на «последнюю охоту Лизы». Как давно это было? Лет пять назад… За это время черты Лили хоть и потеряли детскость, но из-за больших глаз и приподнятых бровей казалось, что девушка смотрит на мир со смесью восторга и удивления. Вдобавок субтильное телосложение, низкий рост и светлые волосы. Первое время в отделе все принимали Лилю за студентку и пытались выяснить, почему она не на занятиях в учебном центре. Не прибавляло Лиле серьезности в глазах окружающих и то, что в одежде то и дело проглядывало что-нибудь неподходящее к строгой форме: охотница забывала то снять яркий браслет, то поменять сережки с розочками, а в это утро, не глядя, собрала волосы розовой резинкой с «хеллоу китти». Это повеселило напарника, но хорошее настроение быстро исчезло.
До Лили только сейчас дошло: мужчина молчал с того момента, как они сели в машину. Конечно, Борис предпочитал говорить немного и по делу, а если и выдавал монологи, то с таким высокомерно-скучающим видом, будто снизошел до собеседника и разъясняет элементарные вещи. Сейчас же в машине повисла напряженная тишина, будто напарник вот-вот разразится тирадой. Это пугало.
– Борь, ты чего? – Лиля с опаской посмотрела на мужчину.
– Цветкова, я понял, что-то не так, еще когда ты прилетела в кабинет с идиотской улыбкой, – как только светофор переключился на зеленый, Борис резко тронулся с места, будто боялся потерять из виду машину, что ехала перед ними: – Запиши: черная «Тойота», номер У 588 МУ, странная аура. Проверить.