— Прости, милая. Я больше не могу, — извиняясь прошептал он, сдвинул ее еще ближе к краю кровати и нежно развел ее колени.
Она ощутила жар его тела. Он сжал ее бедра, удерживая ее от движений и медленно, но решительно овладел ею. Она застонала при первых же движениях, потом вскрикнула и попыталась вырваться. Он удержал ее, поглаживая бедра.
— Тише, Беда. Я и так с трудом сдерживаюсь. Я уже давно отвык от таких испытаний. Тише… если ты дернешься еще раз, сама причинишь себе боль, я не лучший выбор для первого мужчины. Прекрати брыкаться, девочка. Если ты не прекратишь дергаться, я остановлюсь и спать пойду.
Она честно попыталась сдержаться, но у нее ничего не получалась. Ей казалось, что он слишком осторожен, слишком медлителен, ей хотелось всего и сразу, а он, словно нарочно, едва поникнув в нее останавливался. Она попыталась перехватить инициативу, но он не позволил, решительно остановил ее. Он прижал ее к кровати и заглянул в глаза.
— Ты думаешь мне не хочется этого? Ты думаешь, что я специально мучаю тебя и себя?
Она не ответила, лишь застонала и попыталась обвить его бедра ногами.
— Так нельзя, Беда. Ты не понимаешь. Доверься мне. Все будет, но в свое время, мы же не хотим, чтобы тебе было неприятно, правда? Так что замри и не мешай, иначе пеняй на себя.
Она смирилась, но лишь на несколько мгновений, а потом она перестала вырываться и пошла на хитрость, она села и оказалось с ним лицом к лицу. Улыбнувшись она припала к его губам, а потом ее нежные губы начали ласкать его шею, руки гладили широкие плечи, легонько царапая.
— Прекрати, Беда. Да чтоб тебя, демоница.
Он сделал резкое движение и прикрыл ее рот ладонью заглушая крик.
— Несносная девчонка! — выдохнул он ей на ухо. — Просил же. Ну все, самое страшное позади, милая, дальше все будет проще и гораздо приятнее.
Он нежно покусывал мочку ее уха. Едва он начал двигаться она забыла о пронзившей ее минуту назад боли и сладко застонала. Она поняла почему женщины вились около него стаями. Нежность и сила сливались в нем, составляя идеальное сочетание. Больше он не сдерживал ее, упиваясь ее порывами. Она потеряла счет времени, едва не лишаясь сознания от переживаемых эмоций, которые накрыли ее с головой, унося в поднебесную высь. Когда все закончилось он нежно уложил ее поудобнее, она не могла пошевелиться. Он гладил ее плечи, целовал шею, нежно обнимал, прижимая к себе.
— Теперь ты только моя, Беда. Я никогда тебя не оставлю. Ты моя, — шептал он ей на ухо.
Так она и уснула. Наслаждаясь его нежностью.
Едва проснувшись, она испугалась, что ей все приснилось, но теплое ровное дыхание на шее и тяжелая рука, лежащая на ее бедре, уверили ее, что все было именно так, как она помнила. Ее охватило желание повторить все еще раз, и она вывернулась из его объятий и уложила его на спину, нежно прикоснулась к исцарапанным плечам губами. Он открыл глаза и улыбнулся.
— Ненасытное дитя, — он протянул руку к ее голове и нежно потрепал растрепанные волосы. — Может сперва перекусим?
Она улыбнулась, обнажив зубы и отрицательно мотнула головой. Сбросив с него одеяло, она села на него, продолжая ласки. Он не противился, позволяя ей все, что она решалась делать. Она видела, как в нем возрастает желание. Но он продолжал наслаждаться неловкими ласками с мягкой улыбкой на губах. Испробовав все, на что хватило еще не искушенного воображения, но не получив желаемого результата, она почувствовала себя никчемной и готова была уже расплакаться. Она не знала, что делать дальше. Он приоткрыл глаза и заметил ее замешательство.