— Почтительно, командор, не переживай за это. Не обидел он твою Хранительницу. Но ей плохо было, вот она и ушла.
— А потом вести были какие-нибудь?
— Да что там вести, слухи и байки. Мы, когда из леса выходили, мимо деревеньки шли, там праздник люд закатил. Говорят, мол, демоница, людей от гибели спасла. Видано ли дело, чтобы демоны людей спасали, а не жрали? Но те, кого якобы спасла та демоница, говорили, что она одним взглядом магов убивала.
— Взглядом? — встревожился Кален вспоминая, как Мирра обратившись к энергии смерти, поступила с пыточником.
— Взглядом, командор. А сперва говорят, когда их на казнь-то повели, на демоницу эту никто и внимания не обратил. Говорят, плащ у нее был, как наши — эльфийский, да капюшон на глаза надвинут. Только вот странность какая, я бы байку эту и не запомнил, кабы не детвора. Девчонка одна все плакала и кричала, что не демоница то была, а добрая магичка. Кричала малышка, что магичка эта им колыбельную дивную пела, сперва сама сочиняла, а потом на эльфийском и хоть дети не поняли ни слова, но сразу успокоились и… Ты что же, командор, думаешь, что это вашу Хранительницу за демоницу приняли?
— Не знаю я, — откровенно признался Кален.
— Не может того быть, Видящий. Демоница та была красоты невиданной, мужики так и говорили, глаза отвести не могли от нее. Глазищи черные, как бездна, а сама стройна, как лань. Кожа ее такой нежной казалась, что и тронуть страшно, и блестит словно в драгоценных каменьях. Не может это быть ваша Хранительница, ты уж прости меня, но она отличный воин, а у воинов шрамы остаются, и видел я их на лице у Хранительницы, не может то она быть. Простой люд никогда ее красавицей не назовет, не знают они ее. Вымысел это все. Детишкам сон приснился, а мужичкам случай помог.
— Черные глаза говоришь? Значит это точно не она, — спокойнее выдохнул Кален. — У нее не черные глаза. Значит не она. Слава Создателю. Спасибо тебе за рассказ твой. Доброй ночи.
— И тебе, командор. Только вот знаешь, что странно, — задумчиво добавил эльф.
Кален уже собирался уходить, но оглянулся.
— Что же?
— Я был тогда у разлома, когда Ваззин с твоей хранительницей подоспели. Видел ее в деле. Но не это удивляет меня. Вдвоем они были, не было с ними принца. А ночью, я видел, как Ваззин вашу Хранительницу на руки подхватил и за лагерь понес, целовал он ее страстно, а потом… Ваззин пропал, а принц — вернулся.
— А Ваззин — это кто? — встревожился Кален.
— Так это брат принца нашего, сводный.
— Брат?
— Да, командор. Ушел один брат, а вернулся — другой. Вот, что непонятно мне. Но может мне привиделось это, после боя, уставший был. Несколько дней оборону держали, пока Хранительница не подоспела.
— Брат… — задумался Кален. — Спасибо еще раз.
Кален отходил от костра, когда заметил слежку.
— Кара, — окликнул он. — Если бы не ты, Энель я бы точно не заметил. Что привело вас сюда?
— Мы тебя искали, — подойдя к нему спокойно ответила Кара.
— И как давно вы слушали мою беседу с этим милым эльфом?
— С самого начала, Кален, — ответила Энель.
— Тем лучше, не придется пересказывать. Пойдемте в лагерь, нужно бы подумать над этим.
— Вы идите, — сказала Энель, вновь прислушиваясь к музыке. — Я, пожалуй, еще тут поброжу.
— Нет, Энель, — Кален жестко сжал ее руку. — Не стоит. Идем.
— Что с тобой? — удивилась шпионка. — Ты странно себя ведешь.
— Я пытаюсь уберечь тебя от беды, — сказал Кален выделив последнее слово. — Тебе не стоит тут оставаться.
Сердце шпионки упало. Она все поняла. Поняла, почему такими странно знакомыми показались звуки музыки. Здесь был Лерд. В этом лагере. Это он играл на лютне. Энель вырвала руку из крепких пальцев командора и жестко процедила.
— Я сама выбираю свой путь, Кален. Помнишь? Теперь никто не может мне указывать. Я остаюсь.
Кара стояла между двух огней и ничего не понимала, кроме того, что вот-вот ее друзья возьмутся за оружие.
— Не делай этого, Стрелочка, — мягко попросил Кален.
— Я имею на это право. Я заслужила это право.
Кален посмотрел на нее со скорбью.
— Прошу, Энель, не надо.
— Спасибо, друг, за заботу. Но я так хочу.
Кален кивнул и направился в сторону их лагеря. Энель же отправилась вглубь эльфийского лагеря, следуя звукам музыки. Кара в растерянности несколько секунд думала за кем из друзей последовать и решила, что с Каленом все более понятно.
— И что это сейчас было? — спросила она, нагнав командора.
— Я пытался уберечь ее. Нужно было ей все рассказать. Но теперь уже поздно.