Он улыбнулся ей, и спрятал кинжал в ножны.
— Нет, Стрелочка, я не получал таких приказов, а даже если бы и получил, вряд ли стал бы его выполнять, если бы решил, что он не оправдан.
Лерд удивленно посмотрел на Видящего. Всем было известно, что Видящие беспрекословно выполняют приказы, тем более если они исходят от самой Преподобной. Что-то было не так с этим парнем. Он или лгал или… не был Видящим.
— Тогда почему?
— Потому, что, Энель. Если бы я первым заговорил о твоем прошлом, ты бы никогда не простила меня. Никогда бы не смогла мне довериться, опасаясь, что для меня это всего лишь приказ той, кому ты служишь, еще одна возможность держать тебя в повиновении. Если бы я попытался как-то воздействовать на тебя, повлиять на твои решения, я бы никогда не стал твоим другом, ты бы никогда не научилась мне доверять. Тогда ты еще была слишком юна и вспыльчива.
— Так, теперь стоп! — вмешалась Кара! — Я не понимаю ни слова! Что тут происходит? Кто этот Ворон? Почему вы оба так говорите, как будто давно его знаете? Почему он остался жив, после встречи с тобой, Кален и тем более после ночи с тобой, Энель? Объясните мне все!
Лерд рассмеялся и откинулся на спинку стула.
— Будет интересно послушать, Энель, что ты ответишь своей подруге. Ведь она ничего не знает о тебе до момента вашей встречи, ты ей ничего никогда о себе не рассказывала? Я, честно говоря удивлен, что парнишка все знает, я думал, что он тоже ничегошеньки не понимает.
Энель перехватила кинжал в воздухе и зло глянула в сторону Ворона.
— Кара, это — Лерд. Ворон, — Энель закатила глаза, собираясь с мыслями. — Он мой любовник. Единственный, оставшийся в живых. Это из-за него я приняла обеты и стала верной слугой ее Преосвященства.
— И как ему удалось тебя на это уговорить? — удивленно спросила Кара, такого она не ожидала.
— Я поступила на службу, чтобы спасти его жизнь, — выпалила Энель. — Это было условием моего повиновения, он должен был остаться в живых. Но вот совсем недавно, я узнала, что его жизни ничего и не угрожало, что все это было подстроено, чтобы я вернулась и приняла свою судьбу. Я ведь правильно все говорю, Лерд?
Мужчина кивнул и резко обернулся, почувствовав пристальный взгляд Калена.
— Вот так, Кара. Они воспользовались моей слабостью. Лерд мастерски сыграл влюбленного и на этом меня и подловили…
— Он не играл, Энель, — спокойно прервал ее Кален. — Тогда он не лгал. Он действительно полюбил тебя, но не смог пойти против своих обетов. Он хотел тебя спасти, но не знал, как это сделать. Он любил тебя, но глубоко внутри него жила уверенность, что он поступает правильно, что только пожертвовав тобой, собой и вашим влечением, он сможет помочь тебе стать той, кем ты должна быть. Он сам не осознавал, что делает, но он был прав, Энель. Только став убийцей на службе у церкви, ты нашла свой путь. Ты стала собой. Той Энель, которую я знаю, о которой ходят слухи, которую уважают и бояться, которой не смеют перечить. Подумай, ведь если бы рядом не было тебя, не было бы и ордена Хранителей. Не случилось бы всего того, что случилось. Я бы никогда не смог признаться себе, — он осекся и замолчал.
Лерд не отрывал от него взгляда, пока он говорил, как и обе женщины.
— Кто ты, парень? — процедил сквозь зубы Ворон. — Я ничего не говорил, ни слова, как ты узнал все это?
— Ты надеялся провести Видящего, Лерд, — улыбнулся Кален. — Но я больше не Видящий. Только вот вижу я еще больше, чем прежде. Меня нельзя обмануть. Мне не нужны твои слова, Лерд, больше не нужны. Я вижу твою душу, каждую мысль, каждую минуту твоей жизни. Он не лгал, Энель. И он не ошибался. Ошибкой было лишь то, что ты так долго не могла его забыть.
— Их ты тоже видишь? — вернув самообладание спросил Лерд.
— Я вижу всех, — утвердительно кивнул Кален.
— Но тогда, — растеряно произнесла Кара. — Почему ты не догадывался о Крисе?
— Кара, — устало опустив глаза произнес Кален. — Я не знаю ответов. Во мне постоянно что-то меняется. Сперва я видел лишь настоящее, потом я начал видеть текущие мысли, несколько дней назад я понял, что, глядя на человека я могу видеть всю его жизнь. Это случилось совсем недавно, когда я опять увидел сон. Я не могу их понять эти сны. Я видел пламя, черное пламя, в нем я смог различить Мирриэль. Я увидел ее глаза, почувстовал ее ужас. А потом она вышла из этого огня, просто прошла сквозь него. Я видел, как в этом огне горит ее кожа, видел, как ей больно, но когда она вышла… Я не могу этого объяснить, она стала другой.
— Как интересно. И ты не боишься сейчас говорить все это при Вороне, Видящий? — Лерд усмехнулся. — За такую информацию мне дорого заплатят.