Кара рассмеялась, Энель наморщила лоб.
— Мальчик мой, — не удостоив Кару даже взглядом, обратился Ворон к Калену. — Ты знаешь хоть одного своего брата у которого были бы дети?
— Знаю, — тихо ответил Кален. — Одного знаю очень хорошо.
Лерд удивленно уставился на Видящего. Кален спокойно встретил его взгляд.
— Этот Видящий перед тобой, Ворон. У меня есть сын.
Лерд на несколько мгновений так и застыл с открытым ртом. Потом он нахмурил лоб и, позабыв о том, что он все еще пленник, начал расхаживать по шатру, меряя его шагами.
— Это невозможно! — наконец сказал он. — Ты принимаешь обат?
— Больше нет, — не сводя с него внимательного взгляда произнес Кален. — Я отказался от него много лун назад.
— Сколько раз ты его принимал?
— Раз? — переспросил Кален и улыбнулся. — Я не знаю, сколько раз я его принимал. С тринадцати лет, два раза в день, ну, и, если была необходимость, а такое частенько бывало. Я никогда не считал.
— Нет-нет, на тот момент, когда ты сделал ребенка.
— Много, — коротко пресёк этот разговор Кален.
— Это не может быть твой ребенок, она солгала тебе! Видящие не могут становиться отцами, — подвел итог Лерд. — Либо ты лжешь, что принимал обат, когда смог зачать ребенка, либо тебе солгала твоя женщина, и ребенок не твой.
— Я не лгу, Ворон, а с высказываниями по поводу матери моего сына, я бы советовал тебе внимательнее выбирать слова, иначе ты рискуешь расстаться с жизнью, потому что тетка моего сына, сейчас буравит тебя взглядом и готова свернуть тебе шею, как курице. И не сомневайся, у нее это получится, — сказал Кален поднимаясь, чтобы вмешаться, если Кара все-таки бросится на обидчика.
Но его вмешательство не потребовалось, Энель уже держала Кару за локти, лишая возможности двигаться. Лерд быстро огляделся и замер, осмысливая происходящее.
— Она, — указал он на Кару, — родная тетка твоего сына?
— Именно, и ты только что был на краю гибели, Ворон.
— Невозможно! Только если… Кто ты парень? Я спрашиваю не из простого любопытства. За одно утро, я узнал столько, что у меня в голове просто не укладывается! Я вижу только одно объяснение, — он посмотрел в глаза Калену, предоставляя ему возможность прочитать свои мысли.
— Ты серьезно?
— Вполне, это единственное объяснение, которое я смог придумать. Ты — не человек, Видящий. Это все объясняет.
— Это бред, Лерд.
— Может вы и нас посвятите в ваши размышления? — отпуская Кару, поинтересовалась Энель.
— Обязательно! Только сперва, я продолжу свой рассказ, чтобы у вас было чуть больше данных для размышления. Итак, с назначением Видящих и Ищущих мы разобрались. Но остается еще вопрос о магии. Магия эльфов — дар Зеленого дракона, это исцеление, созидание и любовь, это та магия, которая призвана помогать в добрых делах. Магия, построенная на крови и жертвах — это магия Красного дракона. Но есть и третий вид магии, боевая. Людская магия. Она не требует жертв, и может творить как добро, так и зло. Так вот, Хранители нашли Источник. Белый дракон вмешался в ход событий и соединил свою силу с силой зеленого дракона, дав людям возможность колдовать. Магия людей — это его сила. Сила Орлена. Орлен отдал свою силу и стал смертным, возглавив войска в последней битве с Калисто, в битве, исход которой нам всем известен. Эльфы пожертвовали своим бессмертием, а он пожертвовал собой, ради одной цели — избавить наш мир от Кали, изгнать ее. Но, что-то пошло не так, и она не была изгнана, она была заточена в мире духов, считалось, что на вечно. Но, последние события ярко указывают, что она освободилась. Итак, теперь у нас в наличии разгневанный долгим заточением древний Дракон, сметающий все на своем пути. Для того, чтобы заточить ее в прошлый раз, погибли двое других. Вопрос в том, что можем сделать мы, чтобы предотвратить катастрофу? Ответ приходит сам. Нам нужны двое других. Нам нужны Орлен и Элирия.