Мирра с улыбкой ответила ей таким же сдержанным поклоном. За этой сценой следило несколько десятков человек.
— Что застыли, бедолаги? Вас тоже пробудить нужно? Что держит вас здесь? Кнуты и плети? Так идите туда, где не найдут вас, живите своей жизнью, сбросьте ярмо, что надели вам на шеи. Распрямите спины. Лишь перед Создателем должны вы сгибаться в поклонах. А пока живы вы все равны, и батрак, и барон, будут одним судом судимы, последним судом. Лишь сами вы можете выбрать себе предводителя. Сами вы вольны в выборе: жить червем в услужении или стать человеком. Лишь за вами решение. Хотите оставайтесь, хотите уходите. Сегодня ночь больших перемен, никто не станет вас искать и преследовать, сегодня ночь возрождения. Идите, вы свободны.
Люди завороженно смотрели на странную девушку в бальном платье. А она, гордо вскинув голову, прошествовала мимо них в сторону выхода в сад.
— Ох же, демон, обращения к силам тьмы всегда делает из меня напыщенную дуру. Надо же, как я меняюсь, в зависимости от энергии, которую использую, — недовольно бормотала она, быстро шагая к выходу из сада. — Дети мои, пфф. Но сегодня придется потерпеть, без нее я сегодня ничего не сделаю толком. Дерьмо, что за напасть? Как эти барышни всю жизнь ходят в таких нарядах?
Она остановилась и поправила сползающие ножны. Глянула на туфельки и покачала головой. Туфли были безнадежно испачканы, в таких нельзя было появляться в бальном зале. Поразмыслив, она призвала энергию смерти и просто уничтожила всю грязь на беленьких туфельках. Осмотрев результат, она удовлетворенно кивнула и вышла в общий зал. Всеобщее внимание опять было приковано к ней. Никому неизвестная баронесса произвела фурор в высшем свете. Но любопытные, завистливые и откровенные взгляды ее уже совсем не трогали. Она искала своих, чтобы поделиться информацией. Зал был огромен, и в нем собралось очень много людей. Дамы в пышных платьях, сверкали украшениями, пытаясь перещеголять друг друга. Кавалеры в несуразных нарядах, расшаркивались и обменивались последними новостями. Проходя мимо одной из компаний Мирра услышала разговор о Молли, но эта информация ей уже была известна, она улыбнулась, мысленно похвалив Адель. Убранство зала должно было, наверное, ослеплять своей роскошью, но в памяти всплывали покои эльфийского замка в день коронации Раирнаила, по сравнению с той роскошью, эта казалась убогой безвкусицей, и Мирра презрительно кривила губы, осознавая в очередной раз величие своего народа. Люди никогда не смогут даже приблизиться к эльфам, не то что сравняться с ними. Играла музыка, но и она не доставляла эстетического удовольствия эльфийке. Чуткий слух улавливал каждую неточность, каждую ошибку, от чего портилось общее впечатление. В своем простом наряде она была украшением этого вульгарно-кичливого мероприятия. Она почувствовала внимательный взгляд на себе и быстро обернулась, встретившись глазами с одним из слуг, подающим напитки. Ворон. Сомнений не было, местные слуги не смеют смотреть в глаза гостям, а этот встретил ее взгляд спокойно, лишь несколькими мгновениями позже он опустил глаза, но ей было этого довольно. Она подошла к нему, взяла с подноса бокал с вином и тихо прошептала.
— Я убью вас всех, как тех восьмерых, что остались в старой части замка, — она мило улыбнулась подошедшему сквайеру, дожидаясь, пока он поставит пустой бокал на поднос и отойдет. — И мне очень хочется сделать это побыстрее.
Поднос в руках Ворона едва заметно дрогнул, тонко зазвенели соприкоснувшись боками хрустальные бокалы.
— Если бы вы не убили слуг, я бы, возможно, пощадила вас, но теперь, — он бросила на него негодующий взгляд. — Ядом станет твоя кровь. Уходи или оставайся. Можешь попытаться предупредить своих, у тебя осталось несколько минут.
Она развернулась и отошла от него, зная, что он не поверил ей. Напрасно. По его жилам уже растекался медленный яд. Умирать он будет мучительно. Она видела, как Ворон поспешил скрыться из зала.
— Вы представляете, кто-то отрезал бедной девочке голову. Это, было шоком для королевы, но то где нашли Молли, стало просто ударом. Говорят, что накануне своей смерти она уединилась с какой-то прекрасной эльфийкой в комнате для утех, там ее и нашли, голую, прикованную к постели и без головы.
— Эти эльфы, такие опасные. Просто дикари. Думаю, стоит приказать надеть на них ошейники и кандалы, даже на домашних слуг, — пискливо заявила дама огромных размеров.
— На себя надень кандалы и намордник, дура, — зло шепнула Мирра.