— Подожди, а какие игры? — окончательно убедившись, что это просто бред, спросила я.
— Ну как же, госпожа, вместо кровавых игр теперь проходят турниры. На каждом турнире госпожа выбирает двух лучших: орка и эльфа. Орки сражаются, показывая свое мастерство, а эльфы соревнуются в искусстве. Эти двое по очереди или по желанию госпожи скрашивают ее одиночество. До следующих игр, они становятся фаворитами, самыми почитаемыми и уважаемыми. А когда приходят новые победители возвращаются к своим обычным делам.
— Понятно, — кивнула я и улыбнулась.
Удовлетворенный моим одобрением орк, забрал у меня поднос и бесстыже запустил руку под мой халат, нежно покусывая мочку моего уха. Сопротивляться не имело смысла, это был бред. А в бреду, чего только не бывает, вот у меня были любовные игры с орком. Стоит признаться самой себе, это была гораздо приятнее, чем ошейники, истязания, пытки и все то, что обычно видится мне в бреду. Засыпая на плече нежного орка, я уже понимала, что очнусь совершенно в другом месте. Интересно, когда все это закончится? И что вообще это такое? Что за скачки по времени, пространству и реальностям?
Опять холодно. Уже которая реальность, я сбилась со счета. После комнаты в эльфийском дворце опять были застенки Сиона. И в тот раз мне пришлось там задержаться, мастер решил поиграть со своей игрушкой. Его грубое насилие после ласк Зарда было особенно противно, но это же всего лишь бред, так что… Потом был разрушенный мир, мир в котором мы не справились со своим заданием. Я видела умирающих сотнями людей, видела извержения вулканов, видела пылающие леса и затапливаемые пещеры. Из той реальности я не смогла исчезнуть, пока моему взору не предстало тотальное уничтожение. Я смотрела на все это глазами уже бессмертного духа. Видела, как полыхнул в последний раз этот мир и рассыпался мириадами осколков. Но страшнее всего было смотреть, как умирали те, ради кого все это начиналось. Я видела, как Энель с Грандом пытаются спасти своих детей. Видела, как Гранд посадил их в лодку, спасая от огненной стены, что надвигалась на их дом. Он успел их оттолкнуть от берега, но запрыгнуть уже не смог. Я слышала крик Энель, когда то, что было ее возлюбленным, пылающим факелом упало в воду. А потом я видела шторм, который перевернул их лодку. Энель смогла вытащить своих детей на какой-то островок, но ее сбило волной и унесло в море. А потом начался прилив и скала, где спали изможденные дети, скрылась под водой. Я видела Инариэля, и рядом с ним была какая-то женщина, они прикрывали отход людей. Люди уходили через пещеры, своды пещеры начали рушиться и Инар, вместе с этой женщиной поддерживали своды, пока шли люди, но потом силы покинули их, они обнялись и поцеловались, а на головы им обрушились камни. Я видела, как весельчак Барри, пытался спасти свою семью. Но и его постигла неудача. Их уютный дом сорвало с места порывом бешенного ветра и помотав в высоте, бросило на камни. Я видела Раирнаила с женой, которые боролись с лесными пожарами и погибли, так и не покинув своих постов. Слезы катились из глаз, спасало только то, что я знала — это всего лишь бред, этого нет, еще нет. Что там было дальше? Несколько реальностей я просто пропустила, так переживала из-за гибели мира. А потом была реальность, где я убивала Калисто на утесе, как и планировала в самом первом бреду. Я выхватывала у нее из рук стилет и пронзала ее тело. Только вот ничем хорошим это не заканчивалось. То Орлен нападал на меня, мстя за убитую возлюбленную, и мне приходилось убить и его, то я превращалась в нее, меняясь с ней местами, и уже она с Каленом лежа в постели, думали, как меня убить. Несколько раз я опять оказывалась в Сионе, но там все было так просто и знакомо, почти, как домой вернулся после долгой дороги. И вот опять. Опять камни.
— Да сколько же можно? — зло выругалась я, трогая ошейник. — Хватит уже этой свистопляски. Голова кругом идет! Вместо того, что показывать, чего делать нельзя, лучше бы показали, что нужно сделать!
На сей раз обошлось без цепей, и я могла ходить по небольшой камере. Разозлившись я подошла к решетке и забарабанила по ней стоящей рядом плошкой.