Я не хотела больше ничего делать, меня охватило уныние, и я вот уже несколько дней просто бесцельно бродила по осеннему лесу. Ничего не искала. Просто охотилась, готовила еду и наслаждалась одиночеством, тишиной и спокойствием. После города эльфов я избегала смотреть на свое отражение, даже в воде. Мне было неприятно, меня пугало то, что я видела. Все чаще меня посещала мысль затеряться в этих лесах навсегда. Вряд ли меня сможет кто-то отыскать. Слишком велика территория, слишком много укромных мест. Отличный вариант для того, кто не хочет быть найденым, для таких, как я. Отщепенцев и одиночек. Теперь я уже не чувствовала в себе стремления снова встретиться с кем-то из Хранителей. Даже встреча с Каленом, скорее всего не принесет радости, скорее всего я буду испытывать только горькое сожаление, что мне не удалось избежать этой встречи. Я передала свои знания Раирнаилу, теперь он сможет закрывать разрывы, надеюсь он справится с этим лучше меня. Ветер путал мои волосы, а в голове так же путались мысли. Я — вольный эльф. Отец учил меня жить, как хочется, жить ради жизни, а я в последнее время почему-то постоянно оказывалась на краю гибели. Я не хотела такой судьбы, даже величайшая любовь не стоит этого. Как же я устала. В сердце не было рвения, не было любви, оно сперва замерзло на холодном ветру, а теперь опустело. Я не чувствовала тепла, но при каждом движении боль пронзала все мое тело, я чувствовала каждый шрам, на теле и на сердце. Сколько боли я несла в себе, сколько отчаяния. Никто не мог этого даже и представить. Что двигало мною всего несколько недель назад? Уже и не вспомнить. Сейчас не хочется двигаться вовсе. Еще через несколько дней я смирилась с мыслью, что нужно искать место для зимовки. Зарыться в теплые меха, отгородиться от всего мира и уснуть на всю зиму, а лучше навсегда. Чтобы только больше не испытывать этой боли, будь она неладна. Глубоко в подсознании кричала старая я, бесстрашная и отчаянная, добрая и внимательная, любящая и любимая, но я не слушала ее, не позволяла влиять на меня, я закрывала ей рот, приказывая молчать. Однажды ночью я увидела во сне Ваззина. Утром я долго плакала. Я убила его, вонзила кинжал ему в спину, чтобы отторгнуть его дух и спасти другого, а потом придумала себе историю о добровольном самопожертвовании. Я убила его, чтобы мог жить другой. Вот какая мне уготована судьба, умереть спасая других, герой, о геройстве которого никто никогда не узнает. О нем никто не вспоминал, хотя он отдал свою жизнь во имя общего блага. Мне становилось все хуже. Я перестала разводить огонь, меня пугало его пламя, оно напоминало мне горящую высоко в горах деревушку, покинутую людьми. Я перестала ставить шалаши и начала спать на ветвях. Все меньше меня боялись звери. Однажды прямо на меня вышла стая волков. Огромный серый вожак утробно зарычал, увидев меня и оскалил пасть. Я не стала доставать оружие. Смерть от клыков благородного зверя ничуть не хуже любой другой. Волк принюхался. Подошел ближе, все еще рыча. Я села на землю, и наши глаза встретились. Он рычал, а я молчала, я была готова. Темный эльф, так когда-то назвал меня орк. Эльф, в котором встретились тьма и свет. Встретились в смертельном поединке. Теперь, глядя в глубокие желтые глаза волка, я увидела свой черный силуэт и поняла, что со мной происходит. Тьма внутри меня побеждает. Во мне умирает все светлое и доброе, по частице, по крупице, из моей души уходит свет. Во мне умирает эльф. Долго и мучительно. Когда не станет эльфа, что останется? Кем я стану? Волк смотрел мне в глаза. А потом он тихо заскулил, прижал уши и лег на землю. Стая, услышав своего вожака, скрылась в лесах, а он еще немного полежал возле меня. Потом встал и подойдя ко мне, положил свою мохнатую морду на мое плечо и замер. Прошло несколько долгих минут. Волк отошел от меня, отряхнулся, словно побывал в воде, и направился к лесу. Перед тем, как скрыться в густом подлеске он оглянулся, в свете заходящего солнца я увидела слезы на его глазах. Он поднял голову и завыл, а потом исчез в кустарнике. Я встала и отправилась в путь. Путь в никуда. Я давно знала, что принадлежу миру духов, частично, теперь я поняла, что все меньше принадлежу миру живых. Я выбрала дорогу, которая вела к смерти. Но даже волк не стал меня трогать, побоялся того, что увидел. Он испугался меня. Дикий зверь. Так что уж говорить о людях? Я вселяю ужас. Инариэль как-то сказал, что я была похожа на богиню смерти. Тогда это было лишь мгновение, теперь я стала такой. То, что тогда напугало эльфа, стало моим естеством. Я закрыла глаза. Бой проигран, впрочем, как и война. Не хочу больше сопротивляться. С этим пора заканчивать. Слишком тяжело, слишком печально, слишком больно и так пусто.