льства. В фургоне было трое. Все были людьми, примеси крови либо не было, либо она была очень незначительной. Я смогла определить возраст двоих от 23 до 25. Третьего, что держал их на мушке, организм был отравлен. Похмельем, поэтому для меня ему сейчас лет 35, хотя, скорее всего он младше. - Четвере. Люди. Двое молодых под стражей третьего в фургоне, - коротко доложила я. Мы неторопливо сгруппировались тройками перед машинами, готовые в любой момент укрыться за ними. -Лечили химикатами, ранены, - добавил Джокер. Я повернула голову, приподняла бровь, как бы спрашивая, как он это определил. -Запах, - последовал лаконичный ответ. Однако на таком расстоянии против ветра и почувствовал. Сзади фургончика откинулся полог и, морщась от боли, один за другим спрыгнули двое молодых людей. Разобрать я это смогла с трудом. Лицо одного напоминало один сплошной синяк, при ходьбе он маленького роста и пухленький держался за бок. Второй - высокий дрыщ - с кровавым месивом вместо лица, хромал на правую ногу. Лекс выдвинулся на встречу. Слова едва доносились до меня: - Это я звонил Вам этим утром. Я Красильников Михаил, а это мой напарник Толстых Александр. Лекс кивнул. Оправдывают свои фамилии. Они развернулись и неспешно двинулись к магомобилям. Фургончик тронулся и поехал дальше по улице. - Что у тебя с боком? -Печень отбили. - Красильников поедешь с нами, Астафьева подлатай его немного. Я еду первым, по пути заедем к знакомому целителю. Все согласно кивнули в знак того, что все поняли. На нас не обращали внимания. Я чувствовала купол заклинания. Он исчез, как только мы тронулись с места. И я не отвлекаясь больше ни на что начала латать раны, стараясь минимизировать затраты манны. -Потерпишь без обезболивающего. *** На этого вонючего старика никто не обращал внимание. Ну, едет и едет. Подбежавший парнишка лет 10 сунул на пересечении улиц сверток и шустро умчался по своим делам дальше. Взяв из свертка, казалось, на вид зачем-то обычный камень (одноразовый амулет связи, разряжающийся после использования) груда лохмотья совсем не старческим голосом, сжав в руке камень и поднеся его ко рту, произнесла: -Посылка дошла успешно. Но ты не прав. Это по нам еще ударит. Затем рука выкинула камешек, а старик покатил дальше в сторону выезда из города. *** К лекарю я не пошла. Осталась машине и обшаривала щупом поиска окружение. Красильников, глядя на меня, приходил в ужас, хотя я его и подлечила, но все равно не до конца. Складывалось ощущение, что я его не лечила, а пытала. Никто так на нас не напал, за нами не было следящих заклинаний, попыток наложить жучков. Слежки обычной я не заметила, хотя в этом я дилетант. Раны подлатали быстро и вскоре мы поехали в управлении. В наш "дом родной" я входила с облегчением, сил моего оставшегося куцего дара было не много, поэтому я не смогла бы оказать полноценную боевую поддержку в случае её нужды. Сдавать всю сеть и то, на кого они работали, ребята долго не хотели. Их рассадили по разным кабинетам и пытались выведать информацию. Лекс остался на пункте связи, на допросе была лишней, ибо еще не сертифицированный специалист, а адвокаты будут цепляться ко всему. Поэтому сижу на стульчике в коридоре и скучаю. Лекс появился с видом кошака, объевшегося сметаны и не получившего от хозяйки пинок. Остановившись около меня, спросил: - Не колются? -Неа. -Щаз запоют, я про них у знакомого из городка их инфу запросил. Пробежался по основным позициям. Как думаешь с кого начать? -С Красильникова, но только магов менталов надо, у них блоки стоят, опосредованно надо намекать, чтоб защита не сработала. -А ребята чем думаешь заняты? Ща совещанёмся. Мозгоправов я вызвал уже. Скоро прибудут. Обещали со всей скоростью. Пока то сё как раз к работе приедут. Он заглянул в кабинет и крикнул: - Джокер, выйди на минутку. Аккуратно прикрыв дверь, он сразу же стал отвечать на невысказанные вопросы: - Блоки стоят. Запуганный. В отказную идет, дескать, только слежка. Ему второй срок не хочется мотать. Да и вообще слабоват он для Бывалового. - Если второй не хочет, так тем более должен пытаться съехать? -Нее. Он по принципам, а там западло. Внутренне он уже сидит в клетке. -Ясно. Погоди, не уходи. -Васильчиков, выйди, - уже в другую дверь заглянул Бестужев. Выйдя, оный ответствовал: -Коротко. Блок стоит, но немного неправильный, корявый какой-то. Вопросиками пощупали, он адекватный. Но в первый раз. Если будет возможность отмазаться, только так ухватится. В троице он был лидером. Но решения коллегиальные. -Понятно. Значит, буду его уговаривать на добровольное сотрудничество. Лекс глянул на меня и сказал: -Взять не возьму. Жучка тоже не делай, дверь не до конца прикрою, если хочешь - можешь подслушивать. Полезно будет. - Подмигнул. Я улыбнулась со своего места. Все-таки у меня отличный наставник. Он зашел в кабинет. Я прильнула как кошка плавно к щелке. Васильчиков ушел в свой кабинет, Джокер пошел курить. Лекс остался наедине с Михаилом. - Значит, говоришь, просто следили. -Да, - устало ответил Красильников, повторяя все тысяча первый раз,- только следили. Сев напротив него, Бестужев начал говорить: -Хочешь, расскажу историю твою? - и, не дожидаясь ответа, продолжил, - Ты родился в маленьком городке. Был не первым в семье, а вторым из пяти детей. Отец пил. Мать не могла вас тянуть. Твой старший брат стал солдатом. Ты проводил все время на улице. Потом умер отец. Мать всячески пыталась вас поднять. Выдала всех твоих сестёр замуж. Брат погиб где-то в Азии. А ты остался один с матерью, и она начала над тобой трястись. Со скуки вы с ребятами стали качаться и почитывать дешевые журналы, а старшие товарищи стали зазывать на дело. Ты как самый умный или трусливый не попадался, а друг твой попался. Теперь ему как рецидивисту грозит от 15 до 25. Тебе лет 10 дадут как первый раз. Если нас заинтересуешь по старым своим делам - и камера будет нормальной, и лишнего ничего не навесят, и, может быть, вообще свидетелем будешь. Михаил глянул на него исподлобья и спросил: - А не звиздишь начальник? - Я человек честный, мне лишнего не надо. Сказано по старым делам, значит по ним. - Мне с Бывалым посоветоваться надо. -Идем.