Огневичка вышла из комнаты, поминая коней и звёзды. Мне стало обидно, я же не специально. И вообще, я не боевой маг, чего они от меня хотят? Я даже копьё где-то потеряла…
Алёна с Вероникой меня разули и стянули испачканные кровью продырявленные штаны. Две худые ноги сиротливо торчали из-под тяжёлой широкой кольчуги. От колен до щиколоток конечности были покрыты укусами — я навскидку насчитала девять штук. От одного только вида стало мерзко и всё сжалось внутри.
Целительница наложила руки на мои колени — и по ногам прошли всполохи голубого цвета. Из ранок заструилась кровь. Стало больно.
— Потерпи, — ласково попросила Алёна, и я молча кивнула, стиснув зубы.
Вероника участливо спросила:
— Может, что-то попить ей дать?
— Да, принеси сока или кунивы. И водички для меня. И фиников сладких. Думаю, что я выложусь до предела. Если усну, скажешь Хвариду, чтобы не будил до следующего нападения, если других раненых не будет.
Рыжая кивнула и ободряюще улыбнулась мне.
— Всё будет хорошо.
— Ненавижу змей! — сквозь зубы процедила я.
Вероникин артефакт в виде чёрной металлической змейки зашевелился и повернул ко мне небольшую треугольную голову, а затем угрожающе раскрыл алую огненную пасть.
— Тихо, Беатрикс, она только про настоящих змей. Артефакты она очень любит, а ты — вообще прелесть. Да, Ида? — с нажимом спросила Вероника, выразительно округляя глаза и поглаживая воинственную змейку.
— Да. Беатрикс — просто чудо, — выдавила я, пытаясь отвлечься от боли.
Рыжая огневичка вышла, едва не столкнувшись в дверях с Шурой. Та притащила целый поднос еды и угрожающе посмотрела на меня.
— Чтобы всё съела, и даже не думай мохерить мне мозги! — рыкнула брюнетка, со стуком поставив поднос на прикроватный столик.
— Шур, тут хватит на четверых, одна она столько не съест. Тебе тоже неплохо бы подкрепиться.
— Я-то подкреплюсь, — мрачно протянула кареглазая огневичка таким тоном, будто планировала сожрать меня, а не разложенные на тарелках бутерброды. — Но сначала — Ида. Бери и ешь!
— У меня нет аппетита! — ответила я. — Меня тошнит от вида еды.
— Альпучий случай! Алёнка, дай ей что-нибудь, чтобы она тут блеваторий не устроила, а дальше я её сама покормлю. Сяду сверху и покормлю, — Шура посмотрела на меня исподлобья и воинственно упёрла руки в бока.
— Ида, лучше сама поешь, — посоветовала целительница. — Шура и правда может… — шёпотом добавила она, бросив косой взгляд на подругу.
Я хлебнула из другой предложенной бутылочки и взяла с тарелки бутерброд, с ненавистью глядя на Шуру. Чего она ко мне привязалась вообще? Чего ей надо?!
«Вот только не надо тут детский сад разводить! Есть надо, особенно когда так много колдуешь! Шура права!» — вздохнул Разум.
«Я не хочу есть!» — возмутился Организм.
«Она ведёт себя оскорбительно! Я этого так не оставлю!» — вспыхнула Грация.
«И чего ты сделаешь? Сядешь на шпагат ей назло?» — хихикнуло Любопытство.
«Просто не будем с ней разговаривать. Так, будто её не существует», — процедила Обида.
«Таки её это впечатлит прямо до колик в боку!» — хмыкнул Сарказм.
«Извините, что вмешиваюсь, но где этот Арин, который нас хотел защищать?» — прошелестело Стеснение.
«Да, кстати, где этот ваш жлоб?» — Жадность Арина невзлюбила с первого взгляда и скучала по Даммиру.
«Да, где этот красавчик?» — игриво спросил Свет.
«А Даммир бы нас защищал!» — всхлипнула Любовь.
«Ну да, у мужика так: им всем своих бывших до усрачки надо защищать. Ага, так оно всегда и работает! Нужны мы ему, как позапрошлогодняя листва», — фыркнул Сарказм.
«Вообще-то он нас искал! Это мы решили с ним на связь не выходить, хотя это глупо!» — ответила Любовь.
«Глупо сохнуть по мужику, которому мы только ради Истинности и сдались», — процедила Грация.
«Вообще-то, он нам теперь муж. А мужа любить — это нормально», — начала было Любовь, но её прервал Организм.
«Всё, это предел! Ещё хоть крошка, и меня вырвет!» — пригрозил он.
— Я больше не могу, — честно призналась я Алёне, откладывая половинку бутерброда обратно на тарелку.
— Ну, хоть так. Поспи пока, через пару часов тебя разбудим и поешь ещё. Тебе нужно восстановиться.
Я кивнула. Не говорить же ей, что я совершенно не хочу спать? Они подумают, что я капризничаю…
— Я могу тебя усыпить, — предложила Алёна, почувствовав моё замешательство.
В этот момент в спальню ворвался Арин.