— Всевышние! — сказал кто-то, и все дружно отступили на шаг назад.
То ли из почтения, то ли чтобы не связываться.
— Отличная работа, — Триединая осмотрела собравшихся магов и плотоядно улыбнулась, переведя взгляд на Адмета. — Ты нарушил наши законы. И ты будешь за это платить. Очень дорого. И очень долго. И посмертие покажется тебе сказкой, по сравнению с тем, какая тебя ожидает жизнь, Адмет.
— Я не виноват! Это Имфа!
— Имфа не поднимал мёртвых в Карастели. Имфа не нарушал законы нашего мира. Это сделал ты, уверенный в своей безнаказанности, — равнодушным голосом проговорила Справедливость.
— Почему вы не остановили его сами? — вырвалось у меня.
Даммир одарил меня предостерегающим взглядом, но поздно.
— Пока Адмет был избранником другого бога, мы не имели права его трогать, — пояснила Судьба, отвратительная в своей красоте.
— Вы наказаны за нарушение запрета на некромантию! — торжественно объявила Триединая, переводя взгляд с Адмета на Наташу.
— В смысле «вы наказаны за нарушение запрета на некромантию»? Я-то с какого перепугу? Я что, подняла кого-то? Напротив! Учиться этому отказалась, от Адмета сбежала, мешала ему всячески, — сердито подбоченилась Наташа.
— Да как ты смеешь так разговаривать с богиней? — возмутилась Триединая.
— А что ты мне сделаешь? Убьёшь? — хмыкнула Наташа. — Валяй! Я только спасибо скажу. А богини из вас, как из базарных хабалок — балерины. Ничего сами сделать не можете, помощи от вас никакой, даже снега зимой не допросишься. Только и умеете хамить да руками разводить! «Пока Адмет был избранником другого бога, мы не имели права его трогать», — передразнила она противным голосом.
Все присутствующие побледнели и синхронно сделали несколько шагов назад. Может, Наташу она убить и не могла, а вот остальных…
— Ах ты мелкая тварюшка… — прошипела Триединая.
— Ну, давай. Покажи, что ты можешь? А? Ни-че-го! Слабачка! — Наташа презрительно повела плечом и склонила голову набок.
Её шея влажно хрустнула.
— Мы не трогаем избранников других богов, а они не трогают наших, когда те решают отправиться в другой мир. Это одно из общих соглашений. Исключения составляют случаи, когда переход в другой мир осуществляется специально с целью уничтожения мира, — спокойно пояснила Справедливость. — Но девочка права, сестра. Наказывать её за практикование тёмных наук мы не вправе.
— Ах, не можем? Ну, хорошо. Раз не можем наказать, тогда одарим! — экзальтированно воскликнула Триединая и метнула в Наташу огромным сгустком ярко-жёлтой магии.
Наташа резко вдохнула. К лицу вернулись краски, щёки заалели, а глаза снова стали ясными. Она настороженно посмотрела на разозлившуюся богиню.
— Вот ты, Даттон. Ты же её ненавидишь? — спросила Триединая.
— Да, Всевышняя, — покорно ответил светлый маг.
— Как сильно?
— Сильнее всех на свете, — честно ответил Даттон.
— Прекрасно. Наташа, я одариваю тебя жизнью и любовью столь сильной, что ты не будешь знать покоя. Наслаждайся! — мстительно топнув ногой, богиня оскалилась.
Прекрасные черты Триединой исказились, и я бы отпрянула, но боялась пошевелиться.
Мне вдруг стало горько. Ведь это Наташа всех спасла. За что её так?
— За дерзость! — громко воскликнула Триединая, обдав собравшихся вывалянных в грязи магов свирепым взглядом.
— Всевышняя… — робко позвала я. — Богиня Судьбы… — уточнила я на всякий случай.
Она повернула ко мне обезображенное нечеловеческой красотой лицо.
— Вы обещали желание Даммиру. Он подарил его мне.
— Это так, — поспешил вмешаться муж, изо всех сил сжимая мою руку в попытке остановить.
— Проси, — улыбнулась Судьба, и в её глазах плясали смешинки.
На миг мне показалось, что она заранее знала, что всё случится именно так.
— Пожалуйста, пусть Даттон полюбит Наташу в ответ, — проговорила я, борясь с дрожью в ногах.
— Этого я дать не могу, — пожала плечами Судьба.
— Любовь подвластна только мне! — удовлетворённо добавила Триединая.
— Но я могу сделать кое-что другое, — хитро улыбнулась Судьба и повела изящной рукой.
Вокруг Даттона и Наташи на мгновение вспыхнула ярко-жёлтая магия богов, и тут же погасла, растворившись в хмуром пасмурном дне. Лицо светлого мага вытянулось, а Наташа выглядела ошеломлённой. Затем водница прикусила губу и оценивающе посмотрела на своего бывшего охранника.
— Благодарю вас! — искренне ответила я.
Интересно, что она им дала? Истинность? Или что-то другое?
Не попрощавшись, богини растаяли в воздухе, и силуэт Адмета растаял вместе с ними. Огненная клетка опустела и мгновение спустя рассыпалась искрами.