Огляделась. Дверей из этой спальни вело как-то подозрительно много. Целых семь. Это что за проходная комната?
Я кое-как доползла до края исполинской кровати, не потревожив остальных. Наташа уже провалилась обратно в сон и с довольным видом обнимала подушку, на уголке которой примостился эльф. Ему досталось место с самого края, и спал он, свесив одну ногу.
Первая дверь вела в просторный холл. Вторая — в оружейную. Третья — на винтовую лестницу, устремившуюся куда-то вверх. Четвёртая — в гардеробную. Пятая — в кабинет. Шестая не открылась. Нет, если за седьмой дверью не будет ванной, то я за себя не отвечаю.
В шикарном кресле возле окна сладко сопели Гарай с Ночкой. Если бы не зов природы, я бы подошла их погладить. Совсем мы с мужем перестали им время уделять, они у нас как одуванчики — куда занесло, там и растут. Стало совестно и даже стыдно за свою нерадивость, но я отнесла нахлынувшие эмоции на счёт жёсткого похмелья. Вот что за дела, на Земле у меня подобных проблем не было.
К счастью, за седьмой дверью действительно нашлась ванная. Я с облегчением сделала все свои дела, стянула с себя грязные вещи, ополоснулась, нацепила чистый халат и посмотрела в зеркало. Да, попойки мне не к лицу. Через всю левую щёку шли розовые полосы от смятого одеяла, веки опухли, глаза покраснели.
Красотка!
Ещё и халат с чужого плеча. Но я решила, что хозяин не обидится, тем более что мы вроде бы ночевали в столичном доме Асульских. Жадно прильнув к крану, я восстановила водный баланс в организме и вернулась в спальню. Нашла пару пустых стаканов, в один налила воды, в другой — некрепкого вина. Поставила оба на тумбочку рядом с Даммиром, а потом и об эльфе с водницей позаботилась.
Ложиться обратно в смятую и грязную постель (а грандай Асульский не потрудился даже разуться) не захотела, подвинула лискарей и приуютилась в кресле рядом с ними, поглаживая меховые бока. Мне не верилось, что на этом — всё. Что закончился весь этот треш, что Адмет наказан, а Дельмина мертва. Вот ведь, а я же даже соболезнования Даммиру не выразила. Напротив, кажется, я вчера радостно пила за её безвременную кончину. Пусть в глубине души я даже сочувствовала Дельмине и высокородной мерзавкой её больше называть бы не стала, но её смерть принесла мне облегчение. А вот о чувствах мужа я как-то не подумала.
Сама не заметила, как задремала в тепле и уюте.
— Где она? — властный голос Даммира вырвал меня из объятий сна, даже лискари, пригревшиеся у меня на руках, встрепенулись.
Даммир стоял ко мне спиной и стягивал с постели покрывало. Спросонья я не поняла, что он ищет. Из кармана что-то выпало?
— Я же её сюда принёс и сапоги с неё снял. Вот они стоят! — возмутился муж.
— Да была она утром, просила от похмелья полечить, — проворчала Наташа, отбрыкиваясь от стягивающего с неё покрывала Даммира.
— И куда она делась? — взревел аристократ, а я умилилась.
Вон как переживает, сюда принёс и даже сапоги с меня снял, а на себя сил, видимо, уже не хватило.
— Вы меня ищете? — сипло спросила я.
После внезапного повторного пробуждения одновременно мутило и мучила жажда. Необычное сочетание, но я, как оказалось, не такая уж ценительница уникальных состояний. Это скорее к Саннору. При мысли о Рохском голова вспомнила, что она болит, а желудок пригрозил выставить напоказ всё напитое непосильным трудом.
Даммир с облегчением выдохнул и неуверенно улыбнулся:
— Я тебя потерял.
— Я сама потерялась. Где мы?
— У меня дома. Кажется, отец был не против. Или, наоборот, против. Я не запомнил. Поднимайтесь, пойдём на завтрак. Если нужно переодеться — берите что угодно в гардеробе. Для девушек есть запасная одежда в спальне Дельмины… — Даммир сделал паузу и нахмурился, видимо, вспомнил, что сестры у него больше нет. — Там и новые вещи есть.
— Я лучше надену твоё, — пробормотала я, неловко выбираясь из кресла.
«Нет, это что за эквилибристика для паралитиков? Нельзя как-то поизящнее?» — возмутилась Грация.
«Да какая разница, главное, чтоб не стошнило от перемены положения», — простонал Организм.
«Тебя же уже полечили и даже помыли, чем ты недоволен?» — встрепенулось Любопытство.
«Если бы не полечили и не помыли, я бы сдох! А так — хоть как-то функционирую», — оправдался Организм.
«Таки всем подвигам подвиг!» — съехидничал Сарказм.
«Берегите голову!» — вмешалась Осторожность.
«Да! Мы ей деньги считаем. Кстати, неплохая у Даммира спальня. А что за запертой дверью? Сокровищница?» — загорелась Жадность.
Не без репутационных потерь для образа изящной красавицы я приняла вертикальное положение и постаралась не раскачиваться. Потом постаралась раскачиваться не так сильно. Потом снизила планку и сосредоточилась на том, чтобы не упасть. К счастью, Даммир на ногах стоял крепче и мужественно подпёр меня собою. Нет, всё-таки иногда и от мужей есть толк. В общем, я как та рябина перестала гнуться и качаться рядом со своим дубом.