Я шокированно замолчала, переваривая её слова.
— Захар старший, родился первым. Во всём ему нужно быть лидером и победителем. А Рихтард — мудрый и вдумчивый. Ему нужно всё понять, во всём разобраться. Для него победа не в том, чтобы держать вещь в руках, а в том, чтобы уяснить, как она устроена. Знаешь, я — мать, и вроде бы должна учить своих детей. Но по факту — это они учат меня. Мне нравится, что они настолько разные с рождения. Надеюсь, что бабушка ещё жива, я бы очень хотела показать ей таких чудесных правнуков.
— Я тоже надеюсь! — кивнула я. — Ладно, я, наверное, пойду ещё раз всё перепроверю и буду ложиться спать. Даже зелье припасла снотворное, боюсь не уснуть, а сил завтра нужно много.
— Иди! И не сомневайся, всё у тебя получится. Я в тебя верю, — улыбнулась Вероника.
Поднявшись на второй этаж, я ещё раз проверила содержимое сумок. Вроде всё на месте, кроме души. Мне отчаянно хотелось на Тихерру, но всё равно больно было оставлять наш дом и лискарей. Саннор, конечно, обещал о них заботиться. Ему я, разумеется, не особо доверяла, но Лира точно не подведёт. Учёный всё никак не оставлял надежду завладеть одним из лискарей. Но все детёныши Ночки и Гарая упорно отказывались его выбирать. Умные, в родителей!
Даммир вернулся поздно, улаживал последние дела в Ковене.
— Готова? — спросил он, приобнял и поцеловал меня в висок.
— Вроде бы. Переживаю.
— Всё будет отлично! Я рядом.
— Вдруг портал выведет нас куда-то ещё?
— Значит, выведет, — беззаботно пожал плечами муж. — Можно подумать, ни у кого таких проблем не возникало. Осудить тебя точно никто не осудит, а если выйдем в какой-нибудь новый мир, то справимся. Младенцев среди нас нет, маги и бойцы мы опытные. Ну, что может пойти не так?
— Да всё, что угодно! — вплеснула руками я.
Даммир лишь улыбнулся шире.
— Ты всегда очаровательна, но когда вот так волнуешься — особенно. У нас всё получится.
Уверенный голос мужа придал сил. Я выпила снадобье и отключилась без сновидений.
Утром волнение только усилилось. На лужайке перед домом собрались и отбывающие, одетые по-земному, и провожающие, одетые по-привычному. У меня вспотели руки и спина, пальцы казались чужими и деревянными, волосы противно щекотали шею, а затылок начало неприятно тянуть.
Портал никак не хотел открываться — заклинание каждый раз рассыпалось на сияющие клочки тумана. После третьей попытки я едва не застонала от разочарования. К счастью, никто не стал меня подгонять или давать под руку советы. Я уселась на бордовую траву и сделала несколько глубоких вдохов. Рядом молча сел муж и взял меня за руку. Остальные вдруг занялись очень важным делом — смотрели, как Танарил принялся учить детей завязывать разные узлы и объяснять, для чего они нужны.
Передохнув, я снова поднялась на ноги. Даммир благоразумно отошёл, видимо, тоже решил в срочном порядке освежить знания по узловязанию. Портал словно стеснялся чужих взглядов — как только все занялись другими делами, он послушно раскрутился передо мной светящейся спиралью. Я медленно напитывала его силой — немного своей, но в основном собранной заранее в накопители. Их потребовалось много. Очень много. Я вливала магию словно в бездонную пропасть, и когда уже начало казаться, что конца этому не будет никакого, а к процессу подключились даже Ката и Танарил, я наконец почувствовала, что портал готов.
Я первая шагнула в сверкающие объятия межмирового перехода, утягивая мужа за собой. Внутри всё выглядело совершенно иначе, чем я помнила. Я вроде держала Даммира за руку, но в магической переливающейся белёным серебром круговерти оказалась одна. Следующий шаг вывел меня туда, куда я так страстно стремилась всей душой — домой!
В нашей московской квартире портал смотрелся инородно и странно. Когда из него вышли все — я вздохнула с облегчением, и только потом огляделась.
Дома было тихо и пусто. Я прошлась по квартире — всё казалось до безумия родным и при этом совершенно чужим. Смутил ворох грудничковых вещей и игрушек. Воздух пах странно. Огромная чёрная плазма на стене выглядела враждебно. Я и забыла, сколько у нас проводов! Они чёрными и белыми жгутами змеились из розеток и кольцами скапливались в углах.
Я прошлась по дому и выглянула за окно. Стояла ранняя осень. Где же родители? Я взяла в руки домашний телефон — вроде до боли знакомый, но ставший уже таким чуждым — и набрала сотовый номер мамы. Ответом мне стали лишь длинные гудки. Пока мужчины с любопытством осматривались, трубку в руки взяла Вероника.
— Бабуля! — восторженным голосом вдруг воскликнула она. — Бабуля, это Вероника! Ты никогда не поверишь, что со мной произошло! Конечно, жива! Я сейчас приеду. Да! Да! Да, вызову такси. Только у меня рублей нет. Ага, обязательно. Жди!