Наконец мы приехали. Поплутали, конечно, потому что дорогу я, оказывается, несколько подзабыла, но хоть название посёлка вспомнила правильно. К счастью, родители действительно оказались на даче. Из-за нового забора доносились музыка и мамин смех.
Отпустив такси, мы с Даммиром встали у калитки. После громкого стука она распахнулась — и я увидела отца. Постаревшего, поседевшего, чуть оплывшего, но такого родного!
— Папа! — взвизгнула я и повисла у него на шее.
— Ида?! — шокированно воскликнул он. — Ида, дочка! Радость-то какая!
Из глубины сада на нас посмотрела ошеломлённая мама, держащая на руках малыша. А затем кинулась ко мне и стиснула крепко-крепко, целуя в обе щёки. Младенец недовольно заныл.
— Тихо, Варечка, это твоя тётя Ида! Представляешь, какая радость! Тётя Ида вернулась!
Даже не знаю, что изумило меня сильнее — что я стала тётей или что меня ею назвали. Я во все глаза уставилась на младенца у мамы — теперь бабушки — на руках.
— Ох, Идочка, сколько тебе всего надо рассказать! Максим женился! А мелкий в Питере учится.
Я в ступоре уставилась на мать. Максим? Женился? Мой тощий нескладный средний брат? Стал взрослым мужчиной? А мелкий переехал в Питер?!
Я смотрела в мамино лицо, на отметины, что на нём оставило время, и внезапно испытала жуткую тоску. Мама — чудесная, молодая и красивая, которую все принимали за мою старшую сестру — внезапно стала бабушкой. И эта новость почему-то поразила до глубины души.
За всеми этими объятиями я даже забыла представить им Даммира.
— А это мой муж, Даммир. Из того мира, из Карастели. А это мои родители, Игорь и Елена.
— Очень приятно! Вы тот самый император? — с жадным любопытством спросила мама, машинально качая внучку на руках.
— Нет, лучше! Слушай, мам, там такая история приключилась… И за целый вечер не расскажешь!
— Так проходите скорее к столу! — позвал папа. — Сейчас я чай заварю со смородиной и мятой. Всё своё, натуральное. Вы надолго?
— Как получится, — дипломатично ответил Даммир.
— Навсегда! — выдохнула я.
Папа, кажется, смутился.
— А, ну что же. Хорошо. Как вы? Рассказывайте. Идочка, ты прекрасно выглядишь, просто сияешь! — папа усадил нас за стол в новой беседке, а мама ушла ставить чайник, не спуская мою племянницу с рук.
Весь вечер мы говорили взахлёб. О прошлом, настоящем, о будущих планах. Папа с мамой на Даммира реагировали несколько настороженно, но вели себя приветливо. Их очень удивило, что я успела обучить мужа языку и он прекрасно понимает нашу речь. Да, мы тренировались.
Мама, правда, постоянно отвлекалась. Варечку нужно было развлекать, кормить, купать и укладывать спать. И Варечке, конечно, не было дела до того, что я не видела маму столько долгих лет. Я постаралась отнестись с пониманием. Очень постаралась. Но вышло плохо.
Чем больше мы говорили с родителями, тем яснее я понимала, что место, которое в их жизни когда-то отводилось мне, теперь занимали другие события и люди. И с незнакомой мне мамой Варечки моя родная мама теперь была ближе, чем со мной. Это причинило боль. Нет, я радовалась, что родители не помешались от горя, деятельны, здоровы и счастливы. Но внутри почему-то чувствовала себя забытой. Я напоила их принесёнными оздоравливающими зельями, на всякий случай оставила ещё кое-какие микстуры и выдала чёткие инструкции.
Но чем больше проходило времени, тем яснее я понимала, что пока я возвращалась воспоминаниями к семье, которой лишилась, жизнь здесь текла своим чередом.
К концу вечера я разозлилась. Нет, не на маленькую Варечку, конечно. На Николашу, из-за подставы которого всё и произошло.
— Папа, а ты не знаешь, что случилось с тем Николаем, из-за которого меня посадили? — тихо спросила я, когда Даммир отправился рассматривать сад и участок.
Мужа поразили зелёные растения и деревья, и он с удовольствием погрузился в созерцательную любознательность.
— Так посадили его. Витя мне рассказывал. Года через четыре после того, как ты ушла. А сейчас — не знаю, может, и вышел уже.
— А где он сейчас? Ты можешь узнать?
— Ну, могу позвонить Вите, конечно. А зачем?
— Хочу.
— Дочка, он, конечно, отвратительно с тобой поступил. Но стоит ли ворошить прошлое?
— Я хочу посмотреть ему в глаза и сказать всё, что я о нём думала эти годы! — нахмурилась я. — Имею право!
— Как знаешь, — вздохнул папа. — Только иди с мужем, а не одна, чтобы он тебя обидеть не смог.
Позвонив старинному другу, папа через несколько часов получил ответ.
— Поедем прямо сейчас? В ночь? — осторожно спросил Даммир, когда мы остались вдвоём. — Вижу, что ты вся пылаешь от эмоций, но не правильнее ли дать себе возможность остыть? Встреча с родителями тебя расстроила? Всё прошло не так, как ты ожидала?