Когда собрание клуба подошло к концу, парням настоятельно рекомендовали чаще заглядывать на тусовку.
Исир почему-то не прижился на этом мужском сборище и более не посещал сие мероприятие. А вот Рем стал завсегдатаем и почти каждый вечер пропадал этих "собраниях". Я не имела ничего против, однако продолжала пристально наблюдать за каждой встречей, боясь за друга. Он был категорически против. Говорил, что там все чисто, что он не маленький, и если что, справится. Но я упорно стояла на своем, повинуясь своей интуиции. Единственное, он уговорил меня сократить количество защитных и следящих заклинаний. Так что теперь я наблюдала только за входом и выходом в это помещение.
О разговорах, ведущихся там, мой друг обещал мне рассказывать, но только в том случае, если будет что-то подозрительное или предосудительное.
В один из дней я, как обычно, "дежурила", наблюдая через следящие кристаллы. Но сегодня что-то пошло не так. Буквально, спустя полчаса, после того, как Рем скрылся за дверьми в зал, где проходило собрание, друг вышел из дверей в другом конце помещения. Более того, у него был расстроенный и несколько отрешенный вид. Он не дождался, пока я подойду и встречу его, как я делала обычно после всех их собраний, а сразу направился дальше по коридору, ведущему к башне факультета Некромантии.
Я в полном недоумении побежала его догонять, но он уже скрылся из виду. Немного пообщавшись с учениками-некромантами, я не смогла выяснить, куда он направился. Его никто не видел. Будто он растворился в воздухе, так и не дойдя до башни.
Я побежала к ректору. Знаю, панику наводить было рано. Он вполне мог отлучиться по своим делам. Но интуиция упорно говорила, что произошло что-то нехорошее.
Надо отдать должное Вирилиту, он сразу же взялся за поиски. Ему найти тоже ничего не удалось.
Когда Рем не вернулся к ночи, был поставлен в курс дела кронпринц и приглашены несколько отрядов, специализирующихся на поиске людей.
Ничего. Мой друг, пройдя пару метров за пару минут, словно растаял, не оставив ни следа.
***
Розыски продолжались уже неделю, но ни к чему не привели. Я видела, что с каждым днем энтузиазм у людей из поисковых отрядов убывает, как все чаще слышаться разговоры о бесполезности этого предприятия. Еще немного, и людей перебросят на другие задания. Нельзя искать кого-то вечно.
Я с каждым днем ходила все мрачнее и угрюмее. Я знала, что в произошедшем нет моей вины. Но все равно переживала, что не смогла защитить друга, что в очередной раз не углядела.
А еще во мне горела жажда действий. Но, к сожалению, возможности что-то предпринять у меня не было. Тенебрис с самого начала отстранил меня от расследования этого дела, а Вирилит его поддержал и теперь зорко следил за мной, проверяя, что и когда я делаю. Мне дозволялось только посещать занятия и делать домашние задания в своей комнате. Все остальное расценивалось как попытки "влезть не в свое дело". Однако надо отдать должное, ректор рассказывал мне о ходе поисков. Правда, никаких подвижек в них не было, поэтому рассказ сводился к скупому перечислению осмотренных мест.
На самом деле искали не столько Рема, сколько убежище, где его мог бы удерживать Малум. То, что Уутракт замешан в этом деле, ни у кого не вызывало сомнений. Хотя доказательств этому не было.
В один из вечеров мы допоздна сидели с друзьями в общей гостиной, делая домашнее задание. Мы почти не обсуждали с ними произошедшее. Всем было слишком тяжело. Но мы всеми силами старались отвлечься и хоть недолго не думать о несчастном друге. Ведь все двадцать четыре часа в сутках семь последних дней наш мозг был занят только одной мыслью: "Как найти Рема?". Но, к сожалению, никому из нас так ничего и не пришло в голову путного. Наше бездействие сводило с ума и ввергало в пучину отчаянья.
Поэтому домашняя работа стала единственным, что хоть как-то приводило нас в чувства. Однако делалась она очень медленно, ведь все присутствующие постоянно отвлекались на переглядывания, будто вели молчаливый диалог. Когда кто-то поднимал голову от тетради, все остальные моментально переводили на него взгляд, полный надежды, мол: "Ты что-то придумал?". Но нет...
В таком упадническом настроении мы разошлись по комнатам далеко за полночь.
Я разделась и легла в кровать, предчувствуя долгую бессонную ночь. Однако стоило мне привычно обнять подушку, как моя рука коснулась какого-то инородного предмета. Я зажгла магический светильник и рассмотрела, что под моей подушкой лежит белый конверт без подписи.
Дрожащими руками я открыла его и вынула записку, написанную аккуратным незнакомым подчерком. В ней было всего несколько строк: