Они быстро расправились с ослабленными моей атакой монстрами. Буквально, пара сильных заклинаний и все кончено.
Друзья подбежали ко мне и влили в меня энергию. Я почувствовала, как медленно прибывают силы. Запустилась регенерация.
Кажется, я буду жить?
- Спасибо, - единственное, что я смогла сказать своим мрачным друзьям. Вокруг суета, но они стояли рядом со мной и смотрели с укоризной.
- Быстро в лазарет! - заорал кронпринц и открыл портал.
Сатан взял меня на руки и понес к нему. Друзья кивнули мне на прощанье и пошли разбираться с магами, обследующими подземелье.
Неожиданно один из прислужников Малума, лежащий недалеко, которого все считали мертвым, кинул нож. Монстр тут же умер, ведь этот бросок стоил ему последних сил, которых хватило перед смертью. Но клинок попал Сатану в спину.
Мы буквально ввалились в портал.
***
Сатан не смог устоять на ногах и повалился, уронив меня. Благо, мы находились уже в моей комнате.
Портал за нами закрылся.
Я встала на карачки, подобралась ближе к бесчувственному Сату, чтобы осмотреть его ранение.
Проникающее, в поясницу, чуть левее позвоночника. Нож по самую рукоять вошел в тело. Снаружи крови нет. Но, скорее всего, лезвие ножа сейчас играет роль тампона, не давая крови вытекать из раны. Ведь при таком ранении, наверняка, повреждена почка и почечная артерия.
Что делать? У меня совсем сейчас нет магической энергии. Я очень слаба. А время уходит...
Более того, судя по тому, что до сих пор не примчался кронпринц, друзья даже не заметили произошедший инцидент и сейчас не смогут прийти на помощь и отправить Сатана в лазарет. Конечно, ведь все произошло так быстро, а они даже не смотрели нам вслед.
Магии нет от слова совсем. Даже вестник послать не могла. Я начала кричать, надеясь, что мои соседи меня услышат. Но, видимо, в блоке нет никого. А сил добраться до двери у меня не осталось. Ноги не держали.
Значит, придется рассчитывать только на мои хирургические знания и навыки. Иначе, Сатан может умереть, не дождавшись помощи.
В своем поясе я нашла восстанавливающее зелье. Надеюсь, оно мне даст хоть каплю магии. Какой там! Мне бы жизненные силы восстановить.
С трудом это же зелье я влила в лежащего на животе Сатана. Это тяжело. Большая часть зелья оказалась на полу. В таком положении поить человека опасно. Он может захлебнуться. Но я очень старалась делать все аккуратно, ведь сил его перевернуть нет совсем.
После этого почти бесполезного действия я призвала свой нож и разрезала одежду друга, добираясь до области повреждения.
Я вытащила оружие из раны, и кровь стала хлестать фонтаном. Надо срочно оперировать. Но как? У меня руки тряслись от слабости. «Надо, Лу! Соберись, тряпка!», - невовремя иронизировал мой внутренний голос. Как ни странно, но это помогло мне собраться. По крайней мере, тремор рук прошел.
Теперь нужно решить, чем зашивать рану. Моя уже привычная нить из магии Воды не призывается. На нее у меня нет энергии.
Но в моем поясе есть маленький моточек шелковой нити. Его я постоянно ношу вместе со своей хирургической иглой, на всякий случай. Видимо, как раз на такой, как сейчас.
Такой ниткой нельзя зашивать внутренние органы, потому что она не рассасывается. Но сейчас это несущественно. Надо срочно остановить кровотечение. По большому счету Сату надо продержаться несколько часов, может день. А там я уже хоть немного восстановлю магию и смогу его вылечить. Если не восстановлюсь, наверняка, очнется Рем. Он сможет помочь. Я научу его.
За это время нагноение от инородного предмета (нитки) не должно успеть образоваться. По крайней мере, сильное. Я на это очень надеялась.
Я сделала внебрюшинный поясничный разрез.
Ранение почки имела линейную форму и, слава богу, не сопровождалась значительным разрушением почечной паренхимы.
Я удалила сгустки крови, обнажая поврежденную почку, а затем пальцами пережала почечную ножку, обеспечивая временный гемостаз.
Затем иссекла размозженные участки паренхимы, благо, их совсем немного. И перевязала поврежденные сосуды.
Зашила рану. Из-за того, что паренхима достаточно рыхлая, под проведенные через нее нити я подложила небольшие свободные кусочки мышц и фасций и взяла их вблизи операционного поля.
Зашив внешний разрез, я установила дренажную трубку, используя для нее полый стебелек какого-то местного растения. Впрочем, я его уже использовала не в первый раз.
Все! Силы покинули меня окончательно. Операцию я проводила, держась в сознании на одном упрямстве. И теперь, когда от меня больше ничего не зависит, я уплыла в успокаивающее небытие.