Наутро, когда истерика прекратилась, а сознание прояснилось, поняла лишь одно. Ноги в руки, и деру! Хватит! Все эти разговоры во сне, душещипательные вздохи и взгляды, полные невысказанной тоски, хороши для очередной истории со счастливым концом, но я… я не такая! Мое личное счастье находится на Земле, и если я вернусь, то точно изменю свою жизнь, наполнив свое существование красками.
– Люд, ты уверена? – в сотый, наверное, раз уточняла подруга.
– Более чем, – кивнула я.
Именно в этот момент на площадь вышел Давас, приковывая к себе мой взгляд, а сопровождали его Кит и Леон. Все трое как на подбор высокие, статные, в черных одеждах с развевающимися на ветру плащами. Я же как бледная моль, в бело-сером платье, больше похожем на саван, и сером задрипанном плаще.
Лииен ткнула меня локтем в бок. Очнувшись и сжав на прощание ее руку, я направилась к храму. Спустя пару шагов обернулась и, заметив слезы на глазах подруги, кинулась к ней, обнимая и прижимая к груди:
– Ли, все будет хорошо. Просто поверь, я найду тех, кто напишет твою сказку до конца, и в ней точно будет счастливый конец!
– Правда? – с робкой надеждой в голосе спросила девушка.
– Если что, сама напишу! – хмыкнула я.
– Вот уж Бездна упаси, – отстранилась Ли, робко улыбаясь. – Тебе пора.
Кивнув, подхватила полы плаща и длинного платья и поспешила к храму. Давас уже стоял в дверях, ожидая меня. Стоило нам переступить порог, как закрывшиеся двери отрезали нас от внешнего мира. Лорд Ниран скинул свой плащ и помог мне. В помещении мы были одни, но стоило сделать несколько шагов вглубь, как раздался стук каблуков.
– Все-таки пришли, – услышала я голос той самой дамы, которая некоторое время назад оповещала меня о том, что сделка принята. – Идите в центр.
Я словно со стороны наблюдала за тем, как свершался древнейший обряд, созданный самой Бездной. Согласно легенде, я отдавала свою суть в обмен на желание, а он, мужчина, принимал меня в обмен на то, что я буду свободной. Ритуал древнее тех, что соединял любящие сердца и души. После обряда жизнь двоих принадлежала лишь одному. Нужно было безгранично доверять партнеру, чтобы решиться на это, или… знать, что ты делаешь это именно для того, чтобы уйти.
Возможно, где-то и был другой смысл, но мы с Ли нашли лишь этот. Все просто: мы с темным лордом должны были пройти обряд полного соединения не на физическом уровне, а на ментально-духовном, став единым целым. Так как я всего лишь человек, то его темная сущность поглотит меня, выпустив из этого мира, и я смогу… должна… вернуться домой!
Это ведь сон? Просто волшебный, красивый, но сон. Давас с непроницаемым лицом стоял напротив меня, удерживая мои похолодевшие пальцы в своих горячих руках. Я тонула в его глазах, будто в бушующем черном море, желая лишь одного – не пропасть навсегда. Он произносил слова, а я повторяла, с каждым звуком становясь легче.
– Готова? – хрипло спросил Давас.
Все, на что хватило моих сил, – это робко кивнуть. Темный лорд дернул меня к себе и, прижавшись губами к моим устам, обжег… Последнее, что восприняло мое сознание, это тающий девичий силуэт и руки Даваса, испачканные моей кровью, у ног темного лорда валялся узкий стилет с россыпью белых и черных камней.
– Я все равно буду тебя любить… – прошептали бледные губы темного.
Ноги мужчины подогнулись, и, упав на колени, он спрятал лицо в окровавленных руках, а я…
– Прости! – беззвучно крикнув, взлетела, чтобы тут же упасть в живой огонь… В Бездну!
– Твою мать! – прохрипела я, пытаясь разогнуться.
Я лежала на полу в коридоре. Все тело затекло. Руку, на которой покоилась голова, покалывало от пережатого кровоснабжения. Спина ныла, а живот замерз. Кое-как приняв сначала сидячее, а потом и положение «на карачках», опираясь о стену, я поднялась, чтобы взвыть от болезненных ощущений во всем теле.
– Дома… – выдохнула я. – Твою ж мать! Это как я так приложилась, что мне приснилась такая ерунда?! Все, больше никаких книжонок и сказулек! Буду читать только русскую классику!
Добрела до комнаты и, опустившись в рабочее кресло, вывела компьютер из спящего режима.
– Пять утра… хм… и все то же третье января, – вслух оповестила я. – А ощущение, что полжизни прошло… Все! Больше никаких конкурсов! Вот доделаю этот и больше никогда…
На следующий день я проснулась лишь к полудню. За окном в очередной раз потеплело, что позволяло не кутаться в одеяло. Шлепая босыми ногами по ламинату, я продвигалась из ванной в кухню. Как всегда, встать встала, а окончательно проснуться не потрудилась. Когда живешь одна, то все всегда на своих местах, так что глаза можно открывать лишь при особой необходимости.