Дожевав утиное мясо, капрал направился выходу — там на первом столике стояла рация. Про себя он подметил, что Муни заслуживает замечания — рацию всегда и везде следует располагать в наиболее безопасном месте, а не рядом со входом.
— Зулус три-шесть, это Отель-Дельта, как принимаете?
Отель-Дельта — таковы были позывные вертолета, на котором находился бригадир Дюваль. Сейчас он находился где-то над Лондоном
— Отель Дельта это Зулус три-шесть, принимаю громко и отчетливо.
— Зулус три-шесть сообщите свое местонахождение
Капрал оторвался от рации.
— Карту мне! Карту…
Карту сразу же подали, ругаясь про себя последними словами он развернул ее
— Э… сэр. Это гражданская карта, здесь нет кодировки квадратов.
— Черт бы тебя побрал, Зулус. Докладывай как есть!
— Понял, Отель-Дельта. Мы на Оуэн-стрит, дом… тридцать два.
Пауза теперь возникла с той стороны — теперь бригадир Дюваль пытался соотнести информацию с той картой, которая была у него.
— Тебя понял Зулус три-шесть. Оставайтесь на месте. К вам направляется автомобиль с инспектором из четырнадцатого разведуправления. [Четырнадцатое разведуправление — управление по борьбе с терроризмом, занимается Северной Ирландией. Его привлекли только потому, что больше специалистов по борьбе с терроризмом в городе не было] Задачу поставит он. С момента его прибытия — переходите под его подчинение. Как поняли, Зулус три-шесть?
— Вас понял, Отель-дельта.
— Конец связи.
Капрал стащил с головы наушники, пытаясь понять, что бы это все значило…
— Внимание, отделение! Пять минут на то, чтобы проглотить то, что у вас во рту и на тарелках, привести себя в порядок и построиться на противоположной стороне улицы! Если кто-то что-то здесь забудет — будет драить потом толчки целый месяц! Время пошло!
Автомобиль — черный Ровер-600 появился на улице минут через десять. Как ему удалось пробиться через пробки — неизвестно. Хотя, возможно пробок к этому моменту было уже меньше — те, кто хотел немедленно уехать из города, это сделали. Через час после обстрела проехать по городу было невозможно даже с сиреной, сейчас немного схлынуло.
— Строиться!
Команда была подана излишне — никто из армейских офицеров не прибыл, видимо все были заняты делами. Ровер уехал, высадив одного человека — молодого на вид, среднего роста, в черном костюме и белой рубашке — стандартном чиновничьем наряде.
— Колин Уиддоуз… — он безошибочно определил старшего, протянул руку — МИ-5
— Капрал Джордж Стеннис, полк Валлийских королевских стрелков. Переходим в ваше распоряжение, сэр…
— Как в сериале… [Уиддоуз, вдовы — довольно известный криминальный сериал для телевидения] — прошептал кто-то, причем довольно громко. Услышал это Уиддоуз или нет — неизвестно, но никак не отреагировал
— Какие будут распоряжения, сэр? — повторил Стеннис
— Немного меньше официальности. По расчетам, именно из вашего района велся огонь. Откуда-то отсюда.
— Что мы ищем, сэр?
— Не знаю. Вы военный, вам лучше знать. Пушку, миномет, ракетную установку. Паписты уже давно смылись, но она где то здесь, они ее бросили потому что она им больше не нужна. В последнее время вообще паписты часто бросают свое оружие, не то что раньше.
— Паписты, сэр?
— Католики. Боевики ИРА. Не бывали по ту сторону залива?
— Не приходилось, сэр.
— Все еще впереди. Сейчас там такая буча начнется… Хорошо. Как я понимаю, по левую руку от нас промзона, а по правую — жилые дома. Кто-нибудь видел что-нибудь подозрительное в этом районе во время патрулирования?
— Нет, сэр…
— Допустим. Вряд ли они стали бы прятаться в жилых районах — там много лишних глаз. А вот промзона — идеальный вариант. Ваши солдаты смогут перебраться через забор?
Капрал покровительственно усмехнулся
— Думаю, что смогут, сэр. Отделение! Слушай мою команду…
Темнело — уже реально темнело, остаток светового дня пошел на минуты — а потом истерзанный разрывами город должна была накрыть ночь, скрыв его раны до следующего дня. Промзона оказалась большой, длинной и безмолвной — работать здесь уже не работали, а к сносу и постройке жилья еще не приступали. Экономическая ситуация в стране была не слишком хорошей и много строений коммерческого назначения пустовало. Капрал уже беспокоился, как сохранить управляемость отделения в ночное время. Контрразведчик держался рядом, брюки к своему костюму он уже безнадежно испортил, но держался бодро.
— Сэр… Сэр, кажется что-то есть.
Капрал узнал в рации голос Оуэна.
— Где ты.
— Левее от вас. У самой реки, рядом с ангарами. Тут грузовик, сэр…
— Оставайся на месте, мы идем к тебе.
— Скажите ему, чтобы не приближался к грузовику!
— Оуэн! Оуэн, слышишь меня! Оуэн, не приближайся к грузовику, не трогай его!
Конечно же Оуэн поступил по своему. Треклятый Оуэн, он так и не смог понять, что армия — это прежде всего дисциплина. Капрал уже выбегал из-за ангаров, света почти не было, здания и забор отбрасывали на вытоптанную землю черные тени — и он увидел, как рядовой лезет в грузовик. Конечно, ему захотелось узнать, что внутри.
— Назад!
— Ложись! — контрразведчик подножкой сбил капрала на землю и упал сам. Сделал он это правильно, но напрасно — на таком расстоянии ударная волна не щадит никого…
Лондон, Даунинг-стрит
Возвращались под вечер…
По какому-то недосмотру, в багажнике машины, относившейся к службе безопасности, не оказалось обычной полицейской мигалки — может, эта машина использовалась для слежки, может еще чего — как бы то ни было — пришлось поначалу тащиться в общем потоке. Только через тридцать километров они увидели полицейский ЛэндРовер, сэр Колин предъявил свое служебное удостоверение, коротко переговорил по рации с начальством констеблей — и оставшийся путь они проделали следом за завывающим сиреной джипом в яркой раскраске. Но и то — в дороге пришлось трудно.
Уже на подъезде к городу стали ясны масштабы катастрофы. Из города началось повальное бегство. Был всего лишь понедельник, начало трудовой недели — но никто не думал оставаться в разгромленном городе. Все выезды из города были забиты транспортом, машины шли в час по чайной ложке, многие были нагружены чем попало — вещи торчали с багажников, из открытых окон. Усталые, измотанные констебли уже и не пытались навести порядок, они просто пытались как можно быстрее пропустить эту массу машин, пропустить людей, бегущих из объятого ужасом города. На горизонте, над центральной частью города в небо, на удивление чистое и ясное сегодня, поднимались столбы черного дыма — горело сразу в нескольких местах.
Сэр Колин не выпускал из рук телефон — звонили то и дело. Должна была собираться КОБРА, [КОБРА — комитет безотлагательных решений, специальный консультативный орган при Правительстве ее Величества, собирающийся в чрезвычайных ситуациях. Такой орган существует и в нашем мире] но где ее собирать никто не знал — укрепленный бункер под зданием правительства на Даунинг Стрит десять был завален обломками здания, потому что первый удар пришелся как раз по резиденции премьер-министра. Все были в панике, в город перебрасывались вертолетами войска. Все, что было на данный момент ясно — обстрелян правительственный квартал, там серьезнейшие разрушения. Непонятно было даже — из чего стреляли и откуда. Премьер-министра, кажется, эвакуировали, про судьбу королевской семьи было известно точнее — в городе ее не было, они отдыхали в одном из шотландских замков.
Сэр Колин пытался руководить своим ведомством по телефону, отдавая глупые и бессмысленные указания, только вносящие сумятицу — а сэр Джеффри — ему никто не звонил, он был в отставке — просто сидел и наслаждался зрелищем. Делом рук своих…
На Даунинг Стрит десять они пробились, когда солнце совсем уже склонилось к закату. Сделать это было непросто, водители как будто взбесились, а армейские патрули и блокпосты, наспех расставляемые по городу, ситуацию не исправляли, а только усугубляли. Особенно худо было на окраинах — центр уже весь опустел, небоскребы Сити стояли мертвыми, патрули на перекрестках улиц — пешие, технику перебросить не успели, с автоматическими винтовками наизготовку — смотрелись по-настоящему жутко. Казалось, наэлектризован был сам воздух, он был заражен тем страхом, что излучали все — и те, кто уходил, и те, кто вынужден был оставаться. Город замер в ужасе…