- Импланты и нейросети умерших переставлять живым в принципе запрещено. Ресурс, как ты понимаешь, расходуется, гарантий нет и всё такое. На практике, разумеется, можно заниматься их реновацией и установкой. Вот мы и займёмся. Деньги хорошие можно поднять, даже на гражданских сетях неплохие - чего-то они ведь стоят, а нам все эти тушки достаются достаточно дёшево - они там торговаться пытались, но, собственно говоря, товар не то чтобы ажиотажного спроса, так что я их убедил в выгодности оптовых поставок.
- А что там с пробами тканей?
- Отдельная тема, потом объясню. Есть одна идея, как на этом приподнять тоже денег, будем проверять, может получиться.
Итак,- Лейнат махнул рукой - работаешь в режиме - 5 стандартных часов работы, 1 час - личные дела, остальное - обучение под разгоном. Вместо личных дел тоже советую обучение - быстрее научишься, больше дел сделаем. (В сутках Содружества - 10 часов, каждый из которых разделяется на 100 минут. По моему ощущению, сутки длиннее наших примерно в полтора раза, но точно мне сопоставить было просто не с чем. Соответственно, стандартный час - примерно три с половиной наших, а минута длиннее раза в два. А.П.)
- Хорошо, - ответил я.
Лейнат срулил опять по каким-то своим делам, а я перетащил первые три контейнера на тележку-робота и двинулся в сторону операционной. Септические ограничения там были откорректированны Лейнатом (впрочем, после того как он мне поставил права доступа, я и сам мог бы), но спецодежду мне таки пришлось надеть.
Впрочем, с предоставленным мне 'материалом' я и сам предпочёл бы не возиться в своей обычной одежде. Базы-базами, но брезгливость никуда не делась. Возможная зараза, опять же - бог их знает, какие у них тут болезни? Мои базы по медицине не давали, конечно, понимания эпидемической обстановки на этой планете, но из них я уже знал, что среди инфекций человечеству Содружества попадались и весьма опасный и тяжёлые в лечении. Так что лучше уж раз подстраховаться.
Та неприятная процедура, которой мне предстояло заниматься в ближайшее время, несла за собой вполне понятные экономический резон. В каждом из привезённых тел должна была находиться хотя бы базовая гражданская, либо рабская нейросети, а могло быть и что-то подороже. Опять же импланты, протезы и всякого рода встраиваемое в тело оборудование - у межзвёздной цивилизации эта технология была вполне развитой, и хотя натуральные киборги вряд ли попадались очень уж часто, вероятность выхватить недешевый девайс всё ж таки была.
Был и осложняющий момент. Все эти устройства делались по существенно разным технологиям. Из выученных мною баз я понимал, что даже нейросети были нескольких разных типов - одни из них более-менее походили на обычную электронику, но даже не микроскопическую, а, в земных понятиях, нано-уровня и состоящую из биологически нейтральных материалов.
Другие, более продвинутые, использовали распределённую технологию, основанную на применении наноботов, управление которыми обеспечивалось совсем небольшим выделенным блочком.
Третьи, наиболее сложные и дорогие, позволяли колонии наноботов встраиваться в нейронную сеть человека и обходились вообще без блока управления - стыковка человека с электроникой тут носила вспомогательный характер и была нужна только для связи его с внешними устройствами.
Это была основная линия технологического развития, но были какие-то варианты устройств из биологических материалов и вскользь упоминались ещё несколько типов - тут я уже был в полном недоумении, т.к. мне не хватило знаний. Но всё это было менее распространённым, и не вполне типовым.
Так вот, если про собственно технологические устройства мне было примерно понятно как с ними действовать - в роботе-хирурге стоял необходимый софт, идентифицировать их в тканях и дать команду на извлечение было можно в диалоге с этой системой, то как поступать со всем остальным разнообразием - было не понятно. Вот фиг его знает, как из груды протухающего мяса вытащить колонию наноботов и будет ли она после этого пригодна к чему-то полезному. Подумав некоторое время, я решил, что будут извлекать только то, что понимаю, как извлекать, а там уже Лейнат пусть разбирается - при следующей встрече спрошу его об этом.
И я занялся своей нелёгкой и отвратительной работой, первоначально то и дело сдерживая рвотные порывы. Примерно на третьи стандартные сутки тошнить меня перестало - психике уже как-то стало пофиг, к тому же я просто начал уставать. Несмотря на то, что медкапсула во время каждого просыпания делала меня бодрячком - по моим ощущениям мне приходилось работать чуть ли не по 20 часов подряд и желания волноваться это точно не прибавляло. Заданные Лейнатом скоростные нормативы я, первоначально, не выдерживал, потом как-то уже начал успевать.