Ничего полезного от него я не узнал, но, по крайней мере, рассчитывал на то, что он будет считать меня полностью иммобилизованным на ближайший день, а то и два.
На самом же деле, стоило мне с ним грустно попрощаться, троекратно обняв и поцеловав по обычаю милой родины - прощай братушка, до следующей пьянки! - Свейн даже не морщился в момент поцелуев, хотя, как мне показалось, особого удовольствия ему оно не доставляло....
так вот, стоило нам разойтись - и я, шатаясь и запрещая себе засыпать, рванулся в сторону круглосуточного медпункта.
Протрезвляющий получасовой сеанс в медкапсуле я оплатил по двойному тарифу - только чтобы меня привели в себя максимально качественно.
Бегом вернулся в офис - а там уже вызванные мною для того чтобы забрать на хранение медоборудование и прочее офисное барахло представители складской компании подъехали.
Закончил с ними погрузку, сменил свой комбинезон на специально закупленный рабский серый костюмчик, нарисовал у себя на лбу рабскую татуировку, глядя в зеркало санузла, старой одёжкой прикрыл Сарта, вставшего в верхнюю часть рюкзака...
Осталось только загрузить роботизированную тележку всем моим барахлом - двумя чемоданами, двумя сумками, рюкзаком и дать ей команду выехать наружу.
На прощание всё тем же лучевиком я припаял внизу двери очередную пластиковую полоску и вернул его в карман рюкзака. Как оружие он не годился совершенно, но держать его вот для таких вот мелких пакостей под рукой мне казалось полезным. Так что, в том же кармане лежали и заранее подготовленные кусочки такого же пластика....
Я перевёл офисный сервер и охранные системы офиса в параноидальный режим, запретив доступ любых постороних людей и обратился к Сарту.
- Ну что? Двигаем, друг мой сердешный?
- Мне приятно, что ты называешь меня другом, Алекс, - наивный Искин принял фигуру речи за чистую монету, но я не стал его разочаровывать. В конце концов других друзей у меня в этом мире нет, так что нефиг ими разбрасываться. Ну, в общем то, друзьями всегда нефиг разбрасываться... ладно, посмотрим.
Я отключил оба своих беспроводных интерфейса от Инфосети, Сарт, по моей просьбе, сделал то же самое. Для общения у нас, пока ещё, остался низкоскоростной локальный канал. Он был ограничен дальностью нескольких десятков метров и вполне позволял нам передавать друг другу даже голос, а так же управлять тележкой. Впрочем, можно было и голосом - как ни странно, в базовый модуль Сарта были встроены и микрофон с динамиком, но слышно было его из рюкзака плохо, да и тележкой так не поуправляешь. Я сел на тележку, сделав тупое выражение лица, подсмотренное у рабов.
Предстоящее путешествие меня совершенно не радовало, но, в целом, это уж точно было лучше, чем оставаться в офисе и ждать разборки на запчасти.... В целом я был доволен и тем, что успел стырить всё, что плохо лежало и тем, что сумел организовать юридическую путаницу у себя за спиной. Мне так и не было понятно, находилось ли оборудование компании в её собственности или нет, но я был твёрдо уверен, что теперь это должно стать в основном проблемой Лейната. Если человек на два три дня уходит с поста директора компании, а потом обратно возвращается - это совсем другой расклад, чем постоянная смена руководителя. Претензии будут предъявляться тому, с кем вели дела, а не случайному, по всей видимости чисто техническому менеджеру... Мне подумалось, что организованно всё было весьма изящно, и даже как-то жаль, что некому оценить...
Тележка катилась за пределы делового центра - со своим запасом автономного хода эквивалентным примерно 60 земным километрам она была неплохим способом быстро и оперативно свалить из поля зрения тех, кто следил за офисом. Это был не автомобиль - и в систему автоматического контроля движения, который трассировал движение каждой из машин по дорогам Ларка она не вписывалась.
Я не собирался оставаться на планете ни одного лишнего дня. Но, чтобы покинуть её безопасно, мне предстояло решить тяжёлую проблему. Нужно было выбраться на орбиту мимо местной полиции, которая, разумеется, получала сведения о каждом пассажире орбитального лифта....
Глава 10, в которой я всё же нахожу ценителей своего творчества, но это меня совершенно не радует