Скоммуницировав с Хоффом, мы договорились встретиться в том же заведении, где некоторое время назад я сидел с корабельными безопасниками.
Они сами его выбирали, но других местных заведений я совсем не знал, а опасность прослушки оценивал как низкую. Ну, в том смысле, что эти люди весь корабль контролируют, поставят целью подслушать – всё равно куда идти. Вон, в тот же клуб Маорт как резво прибежали. Так что нечего и дёргаться...
Ну вот сели и поговорили. При личном общении этот человек (а, кстати, точно ли человек?) выглядел несколько более вменяемо, чем при дистанционном.
Впрочем, общался он, всё равно, довольно сложно. После несколько-минутного захода обо всём сразу и опять с рассказом о сожалениях в связи с доставленными мне неудобствами,Тенненге Хофф, наконец, перешёл к конкретике.
Признаться – не ожидал. Во-первых, мне была предложена разовая оплата, и не малая, за принципиальный отказ от любых публичных комментариев инциденту, которому я стал свидетелем. А также за нераспространение любой информации по данному вопросу.
-Я знаю, к Вам уже обращались журналисты, эти...
-Да, но я отказался от комментариев
-Мы очень довольны – говорю от себя и от своего спутника.
Десяток тысяч кредитов Авар за год молчания, с правом пролонгации за те же деньги по усмотрению заказчика. Что включало отказ от общения с прессой, самостоятельных публикаций и передачи текстовых, голосовых комментариев и видео сцены если оно есть любым третьим лицам. Под протокол.
Я не думал ни минуты. Торговаться в такой ситуации было бы возможно, но неправильно. Лучше уж брать хорошим отношением, если получится, а здесь явно намечалось что-то ещё, кроме разовой выдачи бабла. Я ответил, что очень хорошо понимаю благородные устремления моего собеседника и очень им сочувствую. И не против. Хотя предпочёл бы эквивалент суммы в валюте Аратана. Это влекло изменение номинала – потерял 0.2 от суммы.
.
Деньги мне были переданы в виде сертификата на предъявителя, по линку нейросети и разговор пошёл дальше, к более интересному для меня вопросу.
Мне был предложен статус наёмного сотрудника дома Хофф. Тоже сроком на год. С выполнением обязанностей референта. Как выяснилось, мой собеседник, пока лежал головой в моём обеде, тем не менее, вполне хорошо осознавал происходящее вокруг и внимательно прислушивался к разговору. В том числе, он запомнил и мой рассказ о происхождении с далёкой планеты и работы учёным.
-Уверен, что работа референта будет для вас вполне посильной...
Решив, что встречно валять дурака – не в моём положении, я задал прямо вопрос зачем ему это нужно.
-Ведь я же понимаю, что моя квалификация мало соответствует местным реалиям и вряд ли у Вас настолько большая потребность в референте, чтобы Вы хватались за первого попавшегося человека, которого, даже, и не знаете.
-Это так...
Объяснение казалось вполне логичным. Драка, которой я оказался свидетелем, по мнению моего собеседника, могла быть не случайной, а специально спровоцированной. И она могла нести за собой серьёзные последствия, а могла и остаться совсем без них.
Тенненге Хофф желал подстраховаться, юридический статус доверенного сотрудника давал определённую защиту против попыток вызвать меня в суд в качестве свидетеля.
-А что мне придётся делать? Какова оплата, какие возможны санкции, если я не справлюсь?
Хофф ответил, что обязанности будут сводиться к подготовке регулярных аналитических обзоров прессы и публикаций по образцам, которые он предоставит, оплата будет соответствовать двенадцати тысячам тех же атаранских кредитов, а санкции его юрист вычеркнет из текста договора.
-Кроме того, - сказал он, - каждая сторон будет иметь безусловное право расторгнуть договор во внеплановом порядке с уведомлением за месяц. Впрочем, ведь Вы же – человек чести, - и вряд ли пойдёте на то, чтобы злоупотребить нашим доверием в этом вопросе?