Утерев тыльной ладонью со лба холодный пот, Глеб побрёл в обратный путь. Он замер у двери, прислушиваясь, наслаждаясь приятным женским голосочком. Тем самым, который довелось услышать недавно.
— Откройте, пожалуйста, — постучал он осторожно.
Ответа не последовало. Тогда мужчина перешагнул через порог с дико бьющимся сердцем. Кровать, шкаф, зеркало на стене, тумбочка и небольшой столик. Голоса растворились в пустоте. Приятный женский голосок остался лишь в памяти. Его окружала зловещая тишина, которая не сулила ничего хорошего.
— Чёрт. Чёрт. Чёрт. Чёрт.
Глеб взглянул в собственное отражение, изучая бледный вид лица, мешки под глазами, взъерошенные волосы… Но тут на заднем плане всего лишь на секунду он заметил изменение. Комната превратилась в совсем иную, незнакомую, а по ней бегала темноволосая девушка в облегающих одеждах странного покроя. Она металась по помещению, собирая вещи, бросая всё в сумку на двуспальной кровати.
— Я…… Я……
Глеб резко крутанулся назад, но у него за спиной всё оставалось по-прежнему. Узкая кровать, тумбочка и прочее. Тогда вновь поглядевшись в гладкую поверхность, он уже ничего не увидел, кроме самого себя. Мужчина с яростью ударил зеркало, и по поверхности побежали трещины, а кулак обожгло болью. На пол закапала кровь.
— Будь всё проклято! Я не безумен! Слышите? Не безумен!
Он выбежал в коридор, лихорадочно осматриваясь. Звуки доносились со всех сторон. Одни появлялись, иные пропадали, чтоб уступить место другим… На этаже вовсю бурлила жизнь… Вот только какая жизнь, если здесь он находился в полном одиночестве. Не считая фантомов.
Схватив со своей постели сумку, мужчина помчался прочь, спускаясь вниз, ударяясь о стены, желая быстрее покинуть это проклятое место. Он буквально скатился по лестнице, переводя дыхание лишь в сумрачном холле, где по-прежнему находился на своём месте администратор.
— Ах! Вот ты где?
Худой, сидя за стойкой, разговаривал с пустотой, с неким невидимым собеседником. Он жестикулировал одной рукой, вежливо улыбаясь тонкими губами.
«Похоже, я все-таки не сошёл с ума. По крайней мере, не один» я.
— Ну сейчас ты мне ответишь за всё, негодяй! — прорычал мужчина со злостью. — Шутить со мной вздумал?
Он собирался вытрясти из этого человека ответы на все свои вопросы. И будь он проклят, если этого не сделает здесь и сейчас. А дальше уж станет видно, что делать с этим фруктом.
— А ну иди сюда!
Схватив худого за грудки, Глеб подтянул его к себе, плюясь слюной, делая страшные глаза. Он принялся трясти администратора, требуя немедленных ответов, угрожая всячески различными жуткими карами.
— Прошу прощения, — ответил тот, вновь обращаясь к кому-то невидимому. — Я скоро вами займусь.
Человек уставился на разгневанного постояльца, и его губы растянулись в извиняющуюся улыбку.
— Вы чем-то недовольны? Комната не понравилась? Или быть может…
«Каков наглец!»
От этих слов Глеб даже как-то опешил, задохнувшись собственной злобой. Он только что столкнулся на этаже с призраками, привидениями, а этот тип у него спрашивал такое.
«Не, или я болван, который чего-то не догоняет, или просто мир окончательно сошёл с ума».
Мужчина в нескольких предложениях поведал обо всём, что случилось с ним за эти полчаса, особо не выбирая выражений. А затем вновь потряс худого, ожидая, что тот ему скажет в своё оправдание. Может как-то успокоит.
— Это же просто прекрасно! — воскликнул он с какой-то радостью. — Просто великолепно! Вы тот, кто мне нужен. Очень редкий экземпляр.
— Что-что?
Худой осторожно высвободился из застывших рук, усаживаясь на стул, поправляя ворот рубашки. Он взял карандаш, начиная им постукивать по столешнице в такт своим словам. Тонкие губы растянулись в заискивающей улыбке.
— Вы очень чувствительный человек. И это довольно хорошо.
— Какой ещё… — вскинулся Глеб, нахмурившись. — Я не понял, ты меня сейчас оскорбить пытаешься?
— Как вы могли так подумать? Ни в коей мере.
Глеб сглотнул, указывая рукой на потолок.
— Там призраки. Много призраков. Фантомы, короче, всё такое сверхъестественное.
— Там нет призраков, — покачал головой администратор.
— Тьфу ты блин! Я их видел… То есть, слышал… И однажды видел тоже… Ну, в зеркале…
— Повторяю, и уверяю вас, там нет никаких призраков. Это всё вполне живые люди, как мы с вами. Из плоти и крови, как говорится.