Он замолчал. Долго. Очень долго. И, наконец, вздохнул:
— Понято. Мне никто не ответит.
Он медленно повернулся к экрану. Там Макс пытался посадить горшок в землю и приговаривал:
«Ты же интерфейс, ну сделай хоть что-то. Дай знак. Моргни. Дернись. Пробегись строкой по душе.»
Куратор поднёс палец к панели. Завис в нерешительности.
— Я ведь… не должен вмешиваться. Я — наблюдатель. Я — куратор. Я слежу. Я не направляю. Я не…
Он посмотрел на лог.
[Макс прошёл мимо важного объекта: 4 раза за 20 минут]
[Игнорировал: скрытая зона, три контейнера, возможный квестовый предмет, локацию «Генератор Вариантов»]
— Да ты что, слепой, — прошептал Куратор. — Это ж рядом. Ну ты же… Макс. Ну ёлки.
Он посмотрел на Артефакт Наблюдения.
— Ну… теоретически, это просто помощник. Немного повлиять — не значит вмешаться. Просто… подсветить. Чуть-чуть. Чтобы не бродил тут до следующего цикла обновления.
Он щёлкнул пальцами. На Артефакте, зависшем рядом с Максом, в интерфейсном углу, появилась маленькая вспышка.
Совсем крошечная.
[↯ Сюда бы посмотреть внимательнее]
Макс, как обычно, буркнул «опять баг?» — но повернул голову.
Куратор довольно прищурился.
— Вот так. Без взломов. Без правки кода. Чисто… настройка яркости реальности.
Он откинулся назад.
— Ладно, Макс. Раз уж они не отвечают — поиграем немного вдвоём.
И он начал писать. Не квест. Не миссию. Просто… подсказки. Тихие. Лёгкие. Не директивы — намёки. Интерфейсное «а вот если бы ты…».
Система пока не ругалась. А Макс — смотрел.
И на мгновение Куратору показалось, что он улыбается.
Макс шёл. На этот раз без цели. Без энтузиазма. Даже Квак не комментировал. А это уже тревожный звоночек.
— Ну что, — бормотал Макс, — теперь я с деревом. С древом. С квестом, который сам себя выполнил. А ты, Свалка, что предложишь дальше? Тест на выносливость? Забег с багами? Или «найди ещё один смысл жизни в трёх копиях»?
Артефакт Наблюдения вспыхнул. Совсем ненавязчиво. В левом углу интерфейса возник символ — не алерт, не маркер. Просто… маленький, кривоватый пиктограмм:
[↯]
Макс прищурился.
— Ты опять, да? — пробормотал он. — Хочешь сказать, туда надо?
Он посмотрел направо. Там ничего не было. Ну, почти. Просто кусок пространства, который всё время казался «фоном». Лужайка с одинаковыми кустами. Один из них чуть мерцал. Очень-очень слегка. Как будто не хотел выдать себя.
Макс подошёл. Вгляделся. Коснулся.
Куст прошёл сквозь руку.
А затем — растворился.
Перед ним открылся спуск. Лестница — старая, из интерфейсных кусков. На ней мигала надпись:
[ЗАПАСНАЯ ПОДСИСТЕМА. НЕ ИСПОЛЬЗОВАТЬ]
— Ага. Значит, туда.
Он шагнул вниз.
Лестница вела долго. Иногда казалось, что она идёт кругами. Иногда — что растёт прямо под ногами. Но, в конце концов, он оказался в зале.
Он был… старым. Не по графике, а по ощущению. Как будто его делали на раннем этапе разработки, а потом забыли. Потолок — пиксельная рябь. Стены — бетон с текстурами природы. Пол — мозаика из клавиш, символов и обрывков кода.
В центре — терминал. Не панель. Не интерфейс. Терминал. Настоящий. С кнопками. И с одной мигающей надписью:
[КВЕСТ ДОСТУПЕН]
Макс осторожно подошёл.
На экране — строки, будто пришедшие из другой эпохи:
Протокол: Исходная Миссия
Статус: ЗАБЫТО
Описание: Восстановите хотя бы одну из исходных функций Системы.
Подсказка: Некоторые вещи надо не создавать, а вспоминать.
Награда:???
Макс читал. Медленно. Вслух.
— Исходная миссия… — Он обернулся к Кваку. — А у нас, по-твоему, были исходные миссии?
— Согласно логам: изначально проект «Свалка» создавался как зона бэкапа. Хранилище утраченного.
— То есть… я должен вспомнить, зачем всё это было?
— Или кто ты, — добавил Квак. — Или зачем ты здесь. Или зачем вообще «здесь» существует.
Макс выдохнул.
— Ну вот. А я думал, дерево — это уже пик квестовости.
Он ткнул по терминалу.
[КВЕСТ ПРИНЯТ]
Над экраном вспыхнул новый символ.
[Протокол памяти активирован. Объекты прошлого теперь можно увидеть.]
Макс шагнул назад. Мир вокруг — не изменился.
Но, стоило ему моргнуть — как под полом он увидел силуэты. Старые зоны. Старые данные. Контуры утраченных объектов.
Мир… открыл ещё один слой.
— Ну здравствуй, забытая Свалка, — тихо сказал он. — Поехали второй круг.