Алгоритм крафта (автор: Куратор)
Требуется собрать:
Железная руда из Зоны Отрицания Бревно Священного Железного Древа Каплю ядра сбоя (стабилизированную) Осколок интерфейса первого поколения Кристалл принятия (может быть получен только добровольно)Условия сборки:
— Кузнечный стан на уровне не ниже 5
— Заклинка от бага-проводника
— Обработка в присутствии свидетеля
— Завершение в точке начального действия пользователя MAX01
Макс уже набросал названия квестов:
— «В руду и обратно»
— «Священный топор не прилагался»
— «Кап-кап, баги»
— «И ты, интерфейс?»
— «Что ты мне дал, жаба?..»
Элла записывала свойства:
— Регенерация среды
— Восстановление связей
— Выключение временных сбойных циклов
— Откат нестабильной логики
— Активация безопасного взаимодействия
Оставалась только одна деталь.
— У нас проблема, — сказал Макс, заглянув в журнал кузнеца.
— Какая? — хором.
— Уровень станка у кузнеца: два. А наш артефакт требует не меньше пяти. И сам кузнец — ещё не на пике формы.
Молчание. Только Квак щёлкал по интерфейсу и бормотал:
— Ну… может, хоть он квест возьмёт: «Как стать настоящим Кузнецом»?
Макс кивнул. Грустно, но уверенно.
— Похоже, следующим квестом будет прокачка кузнеца. И это — наш единственный шанс.
Макс устал. Даже несмотря на то, что по всем параметрам не должен был — ну где ты видел усталость в цифрах и строчках? Но всё равно: устал. От одного только названия квеста «Священный топор не прилагался» тянуло лечь в ближайшую текстурную яму и не вылезать.
Путь к священному дереву лежал через лесную подзону, которая, по сути, была заброшенным билдом раннего генератора биомов. Деревья там росли вниз, лужи зависали в воздухе, а местами время пыталось идти вбок. Макс шёл осторожно. Сначала — с включённой картой. Потом — с включённой интуицией. А под конец — с Кваком, которого он держал за лапу, чтобы тот не телепортировался сам собой к ближайшему «приключению».
— Никто не говорил, что священное — это удобно, — бурчал Макс, вырубая багнутый куст, пытавшийся внедрить ему в лоб идею просветления.
Когда наконец дошли до дерева, оно встретило их достойно: охнуло древнепиксельным звуком и распылило в воздухе фразу:
[Вы вступили в зону: Корень Железа]
[Внимание: местность подлежит логической обрезке. Подтвердите реальность.]
Макс подтвердил. Один раз. Второй. Третий — с матом.
А дерево вздохнуло — и выдало бревно. По умолчанию. Без эффектов. С надписью:
[⅕. Бревно Священного Железного Древа получено.]
Макс рухнул на землю. Рядом — Квак.
— А теперь… — начал Макс.
— Кап-кап, баги, — закончил Квак и зевнул.
Тем временем в деревне, возле кузни, Куратор сидел на перевёрнутом ящике и объяснял.
— Я не могу просто так приписать тебе уровни. Это… против Принципа.
Кузнец смотрел недовольно. В бороде — уголь. В глазах — пепел.
— Принцип у тебя в голове. А у меня — наковальня. Дай мне инструмент — и я всё сделаю.
— Вот именно, — строго ответил Куратор. — Если бы я просто вписал тебе «уровень 5», ты бы не смог использовать его по назначению. Уровень — это не цифра. Это контекст. Опыт. Активированные параметры. Ты должен его прожить, не получить.
— Прожить… — протянул кузнец. — А можно прожить быстро?
— Вот квест, — Куратор выдвинул табличку. — «Сила в огне». Почини десять инструментов. Создай хотя бы одну уникальную заготовку. Проведи одну ночь у горна.
Он задумался.
— И найди вдохновение. Оно нужно, чтобы перейти порог.
— Как вдохновение найти?
— Это уже не моя часть. Это… человеческое.
Кузнец чертыхнулся. Но табличку взял.
Макс тем временем выуживал Осколок интерфейса первого поколения из старого логово-цитадели, где всё ещё тикал сбойный AI по имени Таскменеджер. Договориться с ним не получилось — у него была зависшая задача «убить вторженца» без привязки к конкретному событию. Зато удалось переубедить.
С помощью Квака.
Квака, который встал на голову, сложил лапы крестом и сказал:
— Он не баг. Он тревога. Мы — тоже.
AI затих. Пошевелился. И… сдулся.
Из его центра выпал осколок, светящийся фиолетовым:
[⅗. Осколок получен.]
На другом краю деревни Кузнец гнул очередную подкову и ворчал, но в глазах у него уже отражался огонь. Рядом стоял Куратор. Молчал. Наблюдал. Иногда даже поправлял что-то — но, чёрт возьми, не данными, а жестом.