Дернулся не экран. Не воздух. А сама идея «присутствия».
Вспышка.
Не визуальная. Просто надпись.
Жирная. Алая. Без анимации. Без переходов. Прямо в лоб.
[ВНИМАНИЕ: ОБЪЕКТ НЕСАНКЦИОНИРОВАН]
Класс угрозы: не определен
Причина: невозможно прочитать сигнатуру игрока
Статус: потенциальный читер / экспериментальная сущность
Рекомендация: эвакуация NPC, принудительное удаление
Таймер: 23:59:59
Макс моргнул.
— Ну хоть часов добавили. Если так будет каждый раз, то вот оно — бессмертие.
Рядом стоял NPC.
Тусклая модель мужика в несуразном плаще, сшитом, похоже, из текстур еще той эпохи, когда квестодатели были важнее лиц. Он не двигался. До этого момента казался мебелью — фоном, стабилизатором сцены. Не моргал. Не дышал. Просто стоял, как положено неприоритетной модели, пока кто-то не нажмет «E».
Сейчас — ожил.
Почти. Лицо оставалось неподвижным, словно кто-то просто наложил скин на блок. Но глаза… глаза дернулись. Побежали по кругу, будто по заранее заданному маршруту.
Сканирование. Повтор. Сброс. И снова. Цикл.
Это не был осознанный взгляд. Это была система, потерявшая контроль. Паническая петля. Триггер, сработавший вне условий. NPC не знал, как реагировать. У него не было шаблона. Не было строчки в коде под «аномалию перед тобой».
Макс не двигался. Не из страха — из наблюдения. Он смотрел, как петляет искусственный разум. Как бедный кусок кода мечется в границах своего крошечного мира, пытаясь сымитировать реакцию на то, что не должно было случиться.
NPC тоже стоял. До поры.
Потом — щелчок. Не звуком, а логикой. Где-то в алгоритме сработало нечто, что нельзя было отменить. Или, может, наоборот, не сработало. И система пошла по запасному маршруту.
В стороне, у кузни, замер второй NPC — фоновая модель, предназначенная для создания иллюзии жизни. Он был занят рутиной: методично бил молотом по наковальне, чтобы игроки думали, будто тут работает ремесленная система.
Кузнец отпустил молот.
Молот, конечно, не упал. Звука не было. Массы — тоже. Он просто исчез. Исчез, как и все, что не имело коллайдера, когда отключается сцена. Без звона, без финала. Просто нет.
Сам кузнец отступил. А Макс — понял, что уже все это видел.
Он сел обратно. На тот же обломок текстурированной земли, который теперь казался чуть менее надежным. Он чувствовал — что-то ушло. Не из мира. Из мира о нем. Система сделала шаг назад. Не потому, что боялась. Потому что не могла объяснить его существование.
— Весело, — пробормотал он. И действительно. В каком-то смысле — это было даже забавно. В искаженном, глючном смысле самоиронии.
Таймер мигнул в поле зрения: 23:58:44.
Секунды капали не быстро, но с безжалостной точностью. Каждый тик — напоминание. О чем? Не о миссии. Не о праве на спасение. О решении.
О том, что вся эта система — с квестами, деревушками, скриптами, прописанными реакциями и людьми, что когда-то были только наборами переменных — сейчас, вся, сделала шаг назад. От него.
Макс смотрел на счетчик.
Двадцать четыре часа.
Не на игру. Не на исправление. Не на выбор класса и вступление в фракцию.
А на удаление. На то, чтобы с ним закончили. Чтобы стерли. Так, как система стирает мусор, накопившийся между сборками.
Он поднял взгляд к небу, где по-прежнему висел треугольник с глазом. Пиктограмма. Символ слежки. Но уже не системы, а реальности, что начала бояться за свои границы.
И на этом фоне, в воздухе, все еще пахло железом. Цифровым. Холодным. Финальным.
Он сглотнул. Не от страха. От… Понимания.
— Ну и что ты будешь делать? — спросил он тишину.
Та молчала. И даже Куратор — с его холодной педантичностью — не вмешался.
Макс поднялся.
Спина хрустнула — нет, показалось. Просто звук откуда-то отставал.
Он посмотрел на собственную руку. Кожа — не его. Или его, но… старая. Альфа-билд, ревизия с багнутой анимацией. Мыльная. Неестественная. Как будто кто-то пытался вспомнить, какой он был — и не смог.
Он вздохнул.
Снова — с задержкой.
Снова — как будто это не он, а код, играющий человека.
Потянулся.
Почувствовал: воздух поддается.
Как если бы его можно было согнуть. Изменить. Взломать.
— Что делает сбой, когда он знает, что сбой? — прошептал он.
— Ответ неизвестен, — отозвалась система. — Но теперь ты часть процесса.