Германская подводная лодка на мгновение показалась на поверхности и прошла так близко вдоль борта «Вэлиента», что на нее невозможно было навести орудия. Несмотря на все усилия кораблей эскорта, уничтожить ее так и не удалось. Эсминцы подобрали из воды 450 человек, включая адмирала Придхэм-Уиппелла. Командир корабля капитан I ранга Дж. Ч.Кук, 55 офицеров и 806 матросов погибли.
Джеффри Барнард вспоминал о действиях командующего: «Дребезжание двери встревожило Э.Б.К. прежде, чем я успел известить его. В тот момент он продемонстрировал такую быстроту действий и принятия решений, какую мне не доводилось видеть ни до, ни после того. Он приказал увеличить скорость движения флота и переложить курс на зигзаг. Эсминцы он отрядил на спасание утопающих и охоту за подводной лодкой, уделив внимание всем необходимым мелочам. Ему не потребовалось ни советов, ни напоминаний со стороны офицеров штаба флота, которые собрались вокруг него. Он не упустил ни единой мелочи».
Следует признать, что «U-331» добилась выдающегося успеха. Это был единственный за всю историю двух мировых войн случай потопления подводной лодкой линейного корабля дредноутного типа в открытом море, шедшего в сопровождении кораблей охранения. Столь чувствительный удар по британскому Средиземноморскому флоту мог бы побудить итальянские ВМС к активизации боевых действий. Единственным извинительным обстоятельством для них мог послужить только тот факт, что немцы и итальянцы долгое время не знали о потоплении «U-331» английского линкора. Командир подводной лодки находился отнюдь не в той ситуации, чтобы позволить себе поднять перископ и спокойно полюбоваться тем, что он сотворил.
Экипажи провели очень тяжелую ночь. После того, что случилось, нервы у всех были напряжены до предела. Множество самолетов пролетали вблизи кораблей, не подавая опознавательных сигналов. Каннингхэм полагал, что большинство из них принадлежали английским ВВС и неоднократно удерживал командира «Куин Элизабет» капитана I ранга Клода Барри от искушения открыть огонь. 26 ноября линейный флот возвратился в Александрию.
За неделю до описанного события, на рассвете 18 ноября началось очередное наступление в Западной пустыне. Поначалу все шло хорошо, но у Сиди-Резефа англичане столкнулись с серьезным сопротивлением, и там завязались ожесточенные бои. 21 ноября гарнизон Тобрука пошел на прорыв и продвинулся на 7 миль, но с главными силами ему соединиться не удалось, поскольку их наступление захлебнулось. Наступление армии поставило перед флотом напряженную программу по доставке грузов по морю. В Мерса-Матрух в первый день потребовалось 600 т. воды, а потом — по 80 т. в день. Тобрук после снятия осады и открытия порта требовал 1100 т. грузов и горючего в день. Дерна и Бенгази, после захвата, — 200 и 600 т. соответственно. На первый взгляд, эти цифры не столь уж велики, но доставлять грузы предстояло малым судам по маршрутам, над которыми господствовала авиация противника и рыскали подводные лодки.
Первая потеря имела место 23 ноября, когда военный транспорт «Тленрой», принявший на борт лихтеры, людей и оборудование для очистки бухты в Тобруке, торпедировала немецкая подводная лодка и он выбросился на берег. Солдат и ремонтную портовую бригаду в Тобрук доставили эсминцы, а «Тленрой» позднее увели на буксире обратно в Александрию. Ожесточенные бои, в которые ввязался гарнизон Тобрука, породили острую потребность в боеприпасах. Туда отправилось судно снабжения «Хэнкс» в сопровождении I австралийского шлюпа «Паррамата». В 1.00 27 ноября германская подводная лодка торпедировала и потопила «Паррамату». Из его экипажа удалось спасти не более 20 человек.