— Какую сигнатуру выбираем? — спросила она.
— Пассажирский лайнер средней категории, — ответил я. — Незаметный, но подходящий по габаритам и из местных.
— Есть, — кивнула Тася, активируя систему.
Корабль завибрировал — включились генераторы, изменяющие электронную сигнатуру «Афины». Для внешних сканеров мы стали обычным пассажирским лайнером. Одновременно «2525» и «Ариадна» тоже превратились в заурядные гражданские суда.
— Всем кораблям — начать расхождение, — скомандовал я. — «Афина» берёт курс на 347, «2525» — на 112, «Ариадна» — на 230. Максимальная скорость. Нас не должны увидеть вблизи «Ростислава»… Идем в режиме полного радиомолчания…
Наши корабли начали расходиться в разные стороны, удаляясь друг от друга и от группы гражданских судов с «Ростиславом». Этот манёвр должен был сбить с толку Маркарова.
— Разрешите вопрос, — подал голос Аристарх Петрович. — Как мы будем координировать дальнейшие действия с «2525» и «Ариадной»? Они уходят всё дальше.
— Потом решим, — ответил я. — Временное отсутствие связи пойдёт нам на пользу. Меньше шансов, что противник перехватит наши переговоры.
— А что если Маркаров решит преследовать не группу судов с «Ростиславом», а одно из наших? — спросила Таисия.
— Маловероятно, — качнул головой я. — Они ищут организованную эскадру, в составе которой должен быть трофейный линкор. Именно такую группу они и увидят — гражданские суда, буксирующие их дорогой «Ростислав».
— А если догадаются? — настаивала Тася.
— Тогда каждый корабль действует по ситуации, — ответил я. — Пападакис и старпом «Ариадны» — опытные ребята. Они знают, что делать. Если нас раскроют, будем отбиваться сообща, координируя свои действия.
— Господин контр-адмирал, — доложил оператор наблюдения, — корабли Маркарова начали сканирование сектора.
— Прекрасно, — кивнул я. — Пусть смотрят. Группа судов с «Ростиславом» привлечёт всё их внимание первой…
Я, Таисия Константиновна и кавторанг перевёли взгляды на тактическую карту. Корабли противника действительно двигались в сторону гражданских судов с «Ростиславом», явно принимая эту группу за нашу эскадру. «Гавгамелы» наконец подсоединились к «Ростиславу» своими тросами, формируя буксировочную группу.
— Отлично, — я повернулся к оператору. — Полный вперёд! Максимальная скорость!
«Афина» вздрогнула, когда двигатели включились на полную мощность. Линкор набирал скорость, удаляясь от места событий. На дисплее расстояние между нами и кораблями Маркарова увеличивалось с каждой секундой. Они же по-прежнему целенаправленно преследовали гражданские суда.
— Господину Маркарову потребуется время, чтобы понять свою ошибку, — сказал я. — А к тому моменту мы будем уже далеко.
— План рискованный, но эффективный, — признал Жила. — Правда, жаль «Ростислав». И «Кондопогу».
— Да уж, — согласился я. — Это цена, которую приходится платить за возможность продолжить нашу миссию.
Я посмотрел в обзорный иллюминатор. Где-то в космической пустоте, в разных направлениях, двигались «2525» и «Ариадна», ускользнув от внимания вражеских сканеров. Нам удалось выиграть время…
— Господин капитан первого ранга, — обратился к своему командиру офицер систем наблюдения, — наконец-то что-то есть! Сканеры фиксируют группу судов на расстоянии пятисот тысяч километров. Четыре гражданских транспорта и… «Ростислав»!
Маркаров быстро подошёл к тактическому дисплею. Действительно, сканеры чётко показывали характерную сигнатуру линкора «Ростислав». Судя по всему, корабль буксировали.
— Думал убежать от меня, — улыбнулся Маркаров, заочно обращаясь видимо ко мне. — Идентифицировать буксиры.
— Сухогрузы «Илья Богатырев», «Дунай», транспорт «Гавгамелы», а еще относительно недалеко замечено судно технического обеспечения «Кондопога», — доложил офицер. — Они буксируют «Ростислав» на магнитных тросах.
— «Кондопога»? — Маркаров удовлетворенно кивнул. — Насколько я понимаю это единственное судно из эскадры Василькова, помимо трофейного «Ростислава», которое не может изменить свое электронное поле. Остальные же корабли этот хитрец снова попытался замаскировать!
— Странно, но сигнатуры полностью соответствуют гражданским, — ответил офицер, пожимая плечами.
— Но мы знаем, что Васильков умеет манипулировать электронными полями, — отмахнулся каперанг. — Хотя в случае с «Ростиславом» это явно не сработало — его сигнатура определяется однозначно.
Это объясняло ситуацию. Васильков захватил «Ростислав», но не смог изменить его электронную сигнатуру — линкор продолжал «светиться» на сканерах полностью идентифицируемый.