На совещаниях в Берлине, в которых кроме Канариса и Остера участвовал также Лидиг — это было примерно 1 апреля, — Канарис, анализируя морскую стратегию запланированного предприятия, развил идею, что Гитлер и на продвинутой стадии разработки плана может отказаться от его проведения, если ему убедительно продемонстрировать риск подвергнуться атаке с противоположной стороны. Канарис указал, в частности, на уязвимость предприятия, которая значительно усугублялась тем, что в ходе обсуждений центр тяжести операции переносился все дальше на север. Первоначально в кругах военно-морского флота думали, в первую очередь, о южной части Норвегии, прежде всего в планах Редера большую роль играл Ставангер. Однако постепенно цели простирались все дальше, и главными объектами стали Берген, Тромсе и, наконец, Нарвик. Канарис был глубоко убежден, что своевременной посылки мощных британских морских подразделений в воды Центральной Норвегии с целью демонстрации своей мощи было бы достаточно, чтобы побудить Гитлера отменить свои «Учения на Везере». Это убеждение крепло в нем все больше и не только вследствие компетентной оценки возможности успеха, но и вследствие убеждения, что Гитлер в глубине души труслив и до сих пор отступал всегда, если чувствовал превосходство противника. В ответ на слова Канариса Лидиг заметил, что, по его мнению, англичане давно уже осведомлены о намерениях Гитлера. Уже тот факт, что огромная концентрация кораблей в Штеттине и других портах Балтийского моря не могла ускользнуть от внимания капитанов шведских кораблей, входивших в гавань и выходивших из нее, казался ему достаточным для того, чтобы насторожить британцев, разведка которых в Швеции особенно активна. Канарис закончил совещание словами: «Надеюсь, что вы правы в вашем оптимизме».
Поводом для этого совещания послужили сообщения о подготовке британской операции, а также о повышенной активности в специальном штабе, которая наводила на мысль о том, что в ближайшие дни решение о том, проводить операцию «Везер» или нет, будет принято. Действительно, 2 апреля Гитлер приказал начать операцию 9 апреля. Усиленная деятельность, начавшаяся теперь в портах, куда заходили корабли, по здравому смыслу не могли и вправду остаться незамеченными, так как во многие из этих портов регулярно заходили скандинавские грузовые суда и выходили обратно и было известно, что в командах нейтральных торговых судов находились агенты по передаче сведений для обеих сторон. Поэтому было вдвойне важно как можно раньше узнать, известно ли за границей об этих приготовлениях и что о них известно. Свидетельство того, что о запланированной операции все заранее известно, могло бы, по мнению Канариса, привести к отмене операции. Для Канариса, стремившегося предотвратить любое расширение войны, было очень важно получить как можно раньше сообщения, касающиеся этого вопроса. Поэтому Лидиг был направлен в Копенгаген с поручением немедленно извещать о всех сообщениях и слухах, касающихся этого вопроса.