Тут его жена оставила нас, её не хотелось слушать о том, что происходило там на фронте, где чуть не погиб её муж и отец их сына.
А он рассказал начал мне рассказывать, какие жаркие бои происходили летом в Белоруссии. Вот в одном из этих боёв он и получил эту отметину, что сейчас красовалась на его лице, это от немецкого тесака. Ещё получил и пулю в бок. Но свой отпуск он уже отгулял. Месяц назад, получив предписание прибыть в Петроград, по прибытию возглавил пехотный полк, где семьдесят процентов личного состава были бывшие фронтовики, которые знают как пахнет "смерть". По плану их должны были через месяц перебросить на юго-западный фронт. Тогда, когда он принял полк, ещё подумал что два месяца в столице это срок не малый. Тогда-то он и вызвал жену с сыном из Владимира, сюда в Петроград, чтобы побыть немного с семьёй. Но сегодня получил приказ, срочно готовится к переброске на северный фронт. Как стало ему известно, не только его полк сегодня подняли.
-У меня приказ, через два дня полк должен быть полностью готов к погрузке на транспорты для следования в сторону Риги. И почему нельзя было нас перебросить сухопутным путём до Риги, а не вести морем. Не дай бог на мину налететь или германская подлодка нас подобьёт, ведь не все умеют плавать. Да это и не поможет, вода-то сейчас холодная.
Вот так я узнал кое-какие интересные новости. Оказывается, Государь всё же отдал распоряжение о выделении войск из Петроградского гарнизона, для усиления десанта на курляндском побережье.
-Вот что Николай Генадич! Я знаю куда вас пошлют. Вас перебросят на плацдарм, что несколько дней назад в районе Ирбенского пролива захватили наши войска. Это очень важный плацдарм, который поможет выиграть войну. (Это я загнул для красного словца. Ни чего, пусть гордится таким доверием., Хотя если поглядеть на его награды, станет понятно, что он боевой офицер, а не тыловая четвероногая тварь). Если действовать с него умело и решительно, то ударом с тыла по Неманской армии противника, его можно далеко отбросить от Риги. Надо обязательно соединиться с 12-й армией и тогда Рижского залива германцам не видать, а если ещё и Виндаву обратно отбить чтобы мы смогли туда часть флота перевести. Это было бы совсем отлично.
-Отобьём Ваше превосходительство, обязательно отобьем - проговорил заплетающимся языком подполковник. Да у меня такие орлы в полку, они не первый день воюют, так что мы ещё сумеем германцу надавать хороших пи.... .
-Ты подполковник, как я понял глядя на твоего Георгия и Владимира с мечами, боевой офицер и это на твоём лице запечатлено. Так что ты знаешь, как на самом деле может воевать немец. Не надо заниматься шапкозакидательством, мы и так на этом в первый год сильно обожглись. С ними надо воевать с умом. Да и одного полка для наступления будет маловато.
-Так туда не только один мой полк перебрасывают, а не менее двух, это я точно зная и несколько батальонов, а это около десяти тысяч с полным вооружением. (Подполковник просто не знал полной информации о количестве войск. Для этих целей было выделено два полка, и восемь отдельных батальонов, об этом я узнал позднее - а это более пятнадцати тысяч человек.)
-Тогда это уже кое-что.
-Вот и я о том же. И главное, большинство все обучены и обстреляны, новобранцев не так много и они среди бывалых фронтовиков быстрей познают науку выживать и бить противника. Ну тогда давай по последней, за то чтобы война быстрей закончилась нашей победой, и вернутся домой живым и здоровым. Хотя здоровье мы с тобой немного подрастеряли. Мы с ним ещё немного пригубили. Так что посидели мы с подполковником хорошо, изрядно набравшись, расстались только за полночь. Прохор встретил меня "с распростёртыми объятиями" помог мне добраться до постели, что-то бурча себе под нос, но нотаций вслух читать не стал. Как только моя голова коснулась подушки, я тут же вырубился.
Через сутки полк подполковника шагал в порт с песней.
В этот день в порту вместе с полком Трифонова на корабли погрузились ещё несколько батальонов пехоты, и три батареи полевой артиллерии. На следующий день уже высаживались на плацдарм, а ещё через два дня они повели наступление к югу в направление города Кандау, и реки Абава на соединение с войсками 12-й армии.
Шестого октября во всех столичных газетах был напечатан манифест Царя от пятого октября на события в Болгарии, которой мы объявили войну. А звучал он так.
Объявляем всем верным нашим подданным: Коварно подготовляемая с самого начала войны и все же казавшаяся невозможною измена Болгарии славянскому делу свершилась - болгарские войска напали на истекающую кровью в борьбе с сильнейшим врагом, верную союзницу нашу Сербию. Россия и союзные нам Великие Державы предостерегали Правительство Фердинанда Кобургскаго от этого рокового шага. Исполнение давних стремлений болгарского народа -- присоединение Македонии -- было обеспечено Болгарии иным, согласованным с интересами славянства, путем.
Но внушенные германцами тайные корыстные расчеты и братоубийственная вражда к сербам превозмогли. Единоверная нам Болгария ещё недавно освобожденная нами от турецкого рабства любовью и кровью русского народа, открыто встала на сторону врагов Христовой веры, славянства, России. С горечью встречает русский народ предательство столь близкой ему до последних дней Болгарии и с тяжким сердцем обнажает против её меч, предоставляя судьбу изменников славянства справедливой каре Божьей.
И так у нас ещё один противник и это братья болгары, родственный нам славянский народ. Теперь германо-турецкий флот мог базироваться на болгарские порты, таким образом, сокращая расстояние до нашего западного черноморского побережья почти на триста километров.
Направляясь в Сестрорецк, я рассчитывал застать там Федорова, но этого не случилось - мы с ним разминулись. Он отбыл в Петроград, и в тот же день его путь лежал в Архангельск, а оттуда в Англию. Придётся отложить нашу встречу на потом когда вернётся из поездки, а пока можно будет переговорить с его коллегами. Но прежде, перед тем как встретится с коллегами Федорова по оружейному цеху и его первым помощником Дегтяревым, я имел честь побеседовать с новым управляющим заводом генерал-майором Гибером фон Грейфенфельс Виктором Ивановичем. Он всего-то как неделю заступил на эту должность, но до этого дня он более десяти лет служил на этом же заводе, занимая разные должности. Я ему намекнул, что по негласной просьбе царя надо поддержать полковника Федорова и его группу по скорейшей сборке автоматических винтовок, добавить туда опытных оружейников. Постараться представить собранные винтовки на испытание до Нового года, на которое возможно прибудет сам государь. Так как в этом оружие очень нуждается наша армия. И уже сейчас надо понемногу подготавливаться к производству этих винтовок наравне с винтовкой Мосина. У винтовки Федорова есть ещё одно достоинство, она может выпускаться как легкий ручной пулемёт, которых в армии большой дефицит. Есть ещё одна просьба. Государь желает создать при заводе конструкторское бюро по проектированию стрелкового оружия, и назначить начальником оного полковника Фёдорова после его возвращения из заграничной поездки.