— Вот и вы адмирал туда же. Солдат и так за свою землю сражается.
— Это так Ваше Величество. Но вот если он будет знать, что у него будет собственная земля, а не общинная, на которой он только трудиться и которую в любой момент могут у него урезать. То и воевать он будет уже по-другому. А земли у нас на юге начиная от Волги и до Оби, она всех хватит.
— Вот и Путилов, тоже самое предлагает. Так кто же поедет на эти необжитые места.
— На то верно он и льготы предлагает, чтобы на новом месте крестьянин быстрей смог закрепиться и обжиться.
— Что-то Михаил Коронатович у вас с Путиловым взгляды подозрительно одинаковы — хитро улыбаясь, проговорил Григорович.
— Не знаю, возможно, но в том, чтобы героям войны выделили надел, я его поддерживаю. (Как известно за годы войны было более миллиона двухсот тысяч награжденных георгиевским крестом только четвертой степени, вот тебе и герой войны, а сколько было награждено георгиевской медалью наверно несколько миллионов).
— Мы обсудим этот вопрос, и примем решение — объявил Николай II. (Государь принял предложение Путилова и через месяц издал указ о выделении земельных наделов всем солдатским семьям из крестьян, а также обо всех льготах и привилегиях героям войны.)
Когда я покидал кабинет, Николай II мне тихо сказал — А вы опять оказались правы адмирал, Вивиани подал в отставку.
— Кто? — Переспросил я, вначале не понял о чем речь. А, премьер-министр Франции — вспомнил я. Это о его отставке я недавно предупреждал Николая II.
Через несколько дней после этих событий я с неохотой скрепя сердцем отправлялся на юг. Мне не удалось отсрочить ещё на какое-то время отъезд из столицы и продолжить своё прогрессорство. Мой путь на Дон лежал через Ревель, куда я заехал к Анастасии.
Глава восьмая
Я, находясь даже за две тысячи верст от Балтики, не прекращал интересоваться делами своей бывшей группой, да и Балтийским флотом в частности и знал почти всё, что происходило там.
У флота сейчас было две задачи. Это оказывать помощь войскам на плацдарме. Где надо поддержать огнём, или доставить на плацдарм военное снаряжение и подкрепление, эвакуировать раненых. Иногда корабли вступали в перестрелку с лёгкими силами противника, которые пытались в ночное время обстрелять позиции наших войск. В этих стычках германский флот потерял эскадренный миноносец «S-177» в шестьсот тонн, и канонерскую лодку «Пантер» водоизмещением в тысячу сто тонн при двух 105-мм орудиях и ещё два корабля было повреждено. При этом погибло на кораблях четыре офицера и сорок шесть человек команды. Мы потеряли эсминец «Искусный» в пятьсот тонн, несколько кораблей получили повреждения. Крейсер «Россия» получил торпедное попадание в носовую оконечность, и впоследствии своим ходом убыл в Кронштадт. Потери в людях на кораблях составили двенадцать человек, из них два офицера, ещё тридцать семь человек было ранено.
Вторая задача это прервать транспортные перевозки, как вдоль Шведского побережья, так и в прибрежной зоне самой Германии. Несмотря на то, что многие корабли были повреждены, в боях за Рижский залив, флот не отсиживался за минно-артиллерийской позицией. Корабли не забывали появляться на транспортных коммуникациях противника и наносить ему ущерб.
Моя бывшая оперативная группа осталась без линкоров, и теперь основная её боевая сила состояла из крейсеров. Пока «Петропавловск» находился в ремонте, Трухачеву на усиление отряда передали крейсер «Рюрик». А начале ноября, Трухачев со своей группой вышел на выполнение своего первого боевого задания — выставить минное заграждение к югу от острова Готланд в районе банки Хоборг, где проходили транспортные пути германского флота. Там было выставлено около семисот мин, перекрыв таким способом район протяженностью в двадцать миль. На этом заграждении враг потерял два транспорта, сторожевое судно и крейсер «Винета». В середине ноября отряд в составе эскадренных миноносцев «Новик» «Победитель» «Забияка» «Охотник», «Пограничник» под командованием Беренса был послан в набег к Виндаве, где повстречался с отрядом дозорных кораблей противника. Они перехватили и потопили в районе банки Спон германский сторожевой корабль «Норбург», ещё один корабль серьёзно повредили. С потопленного судна было подобрано восемнадцать матросов. Все наши корабли ушли без потерь, имея всего троих легкораненых. 20 декабря здесь же при повторном набеге наших кораблей были потоплены сторожевой корабль «Фрея» и эскадренный миноносец «V-186». На них погибло 35 человек. На наших кораблях трое погибло и девятерых ранило.