Возможно, де Рюйтер сознательно составил свои эскадры из неравного числа судов (малочисленная эскадра Банкерса была оставлена против французов). Весьма сомнительно, имело ли это вообще место, т. к. некоторые важные источники умалчивают о неравномерном составе эскадр – во всяком случае, воспитанный в школе де Рюйтера Банкерс, своим решительным образом действий немало способствовал успеху боя…
Влияние победы де Рюйтера на исход войны было громадно; этой победой, в сущности, закончилась война. Голландцы почти безраздельно господствовали на море. Союзники больше не показывались, так что голландская торговля могла беспрепятственно развиваться; англичане разоружились, французы вскоре ушли восвояси.
В Англии недовольство союзом с Францией начало проявляться особенно резко, все жаждали мира; с такими союзниками больше не желали сражаться бок обок. Кажется, будто в последнее время король Карл Второй был единственным в Англии, кто поддерживал этот союз. Прекращенное с осени 1673 г. каперство теперь пышно расцвело. Из Зеландии вышли более 100 каперов и вернулись с богатой добычей. В колониях произошли отдельные столкновения; следует отметить, что отошедший в 1657 году к Англии голландский остров Святой Елены, в 1672 г. был снова взят Голландией, но уже в следующем году он был завоеван обратно англичанами. В сухопутной войне также произошли большие изменения: благодаря освободившимся на побережье войскам и судовым командам удалось оттеснить французов. Очень важным оказался новый договор между Голландией, германским императором и Испанией, заставивший французов совсем покинуть Нидерланды, чтобы сосредоточить свои силы против новых врагов. Генеральные Штаты отклонили ряд выгодных предложений французов“.
А вот оценка итогов этой выдающейся победы Рюйтера, данная уже известным нам историком лейтенантом Щегловым: „Тексельское сражение было проиграно союзниками вследствие двух главнейших причин, а именно: во-первых, французский флот не оправдал надежд, возлагавшихся на него англичанами и в течении боя играл пассивную роль, а, во-вторых, английские начальники эскадр применили метод быть может и невольно, „сражаться врозь“, в следствии чего английский главнокомандующий, несмотря на все свои сигналы, оказался покинутым и не был во время поддержан своими флагманами.“ Кроме этих двух причин, изобличающих плохую дисциплину и дурное управление английского флота, неудача союзников объясняется также и из рук вон плохою стрельбой, которая велась настолько плохо, что Тромп, сражаясь в арьергарде в течение 8 часов, к своему удивлению не имел ни одного раненного. То же самое было и в центре у голландцев, где Рюйтер, имея весьма мало убитых и раненных, обратил на этот факт внимание еще во время сражения.
Успех же голландцев был всецело основан на искусных распоряжениях Рюйтера. Голландский главнокомандующий не торопится вступать в бой с первой встречи, а выбирает благоприятную обстановку, затем так распределяет свои эскадры, что, обладая слабейшими силами, он на решительном пункте (против англичан) и в решительный момент (окружение 20 кораблей) оказался с превосходными силами. Это блестящее проведение принципа частной победы, которое было повторением его тактики при Солебее и было основано на изучении свойств противника, так как Рюйтер знал, что против французов при их инертности можно отделить слабые силы. Кроме того, голландский флот сражался более сомкнуто, и эскадры оказывали друг другу взаимную поддержку, что объясняется тщательной подготовкой Рюйтером личного состава, а также и тем, что еще задолго перед боем начальникам даны были соответствующие инструкции о намерениях главнокомандующего».
Пополнив запасы, Рюйтер вновь вывел свой флот в море и держался в нем до последних чисел сентября, До этих пор никто из союзников так и не рискнул высунуть носа из своих портов.
Оставив корабли разоружаться, Рюйтер отправился в Гаагу, где присутствовал на собрании Генеральных Штатов. Вместе с ним туда отправились ван Ниес и Тромп. Банкерт остался в Текселе готовить корабли к зимовке. Собрание встретило адмиралов шквалом аплодисментов, все приветствовали их стоя. Прибывшие заняли свои места с покрытыми головами, что считалось высшим признанием заслуг. После этого Рюйтер сделал подробный доклад о последнем походе и сражении. Президент собрания Помп от имени нации благодарил адмиралов за мужество и верность Отечеству, прося от имени собрания и впредь так же служить своей Родине. Рюйтер, Тромп и Ниес отвечали, что жизнь их принадлежит только Голландии.