– Сицилия так долго украшала испанскую корону, что, кажется, пришла пора украсить и мою! – мудро рассудил жадный до чужих земель Людовик-Солнце и направил к острову свой флот под началом кавалера де Вальбелля.
Французы привезли припасы, захватили прибрежный форт Сан-Сальвадор и отбыли домой на отдых. Едва ушли французы, как немедленно появились испанцы во главе с генерал-капитаном морских сил доном Мельхиором-де-Гуева. Дон отбил форт, разогнал сицилийцев и готов был уже победно вступить в мятежную Мессину, как вновь вернулись корабли кавалера де Вальбелля. Отличаясь галантностью настоящего идальго, де-Гуева пропустил эскадру французов в порт без единого выстрела. Но французский кавалер прибыл в Мессину не один, с собой он привез и некого маркиза Виллавуара, уже назначенного Версалем быть на острове французским вице-королем. Мессинцы, впрочем, маркиза не приняли, а, освистав, выгнали.
– Хорошо! – покачал буклями своего напудренного парика король Людовик. – Не хотят маркиза, я дам им целого герцога!
И тотчас отправил с новой эскадрой на Сицилию герцога де Вивона. Герцог отличался решимостью и непомерным честолюбием, а потому освистать его было просто невозможно.
– Сир, если меня попробуют оскорбить, то я заткну их глотки калеными ядрами! – так изложил он программу своих действий Людовику на прощальной аудиенции.
– Браво, мой де Вивон! – похлопал в пухлые ладоши король. – Так всегда впредь и действуйте!
Доставить де Вивона было поручено уже хорошо знакомому нам по последней войне голландцев с англо-французами шестидесятилетнему генерал-лейтенанту Дюкену, самому способному из тогдашних французских адмиралов.
На этот раз де Гуева, завидев приближающихся к острову французов, был настроен куда менее миролюбиво, чем в прошлый раз, а потому напал на неприятеля при первой возможности. За собой испанский адмирал вел двадцать кораблей и семнадцать больших галер. Дюкен встретил испанцев яростным огнем, сдерживая сколь можно их горячий натиск и выжидая, когда судьба подарит ему шанс на успех. Терпение было вознаграждено. Вскоре вдалеке показались паруса. То, лавируя на ветре, спешила на помощь к французам вспомогательная эскадра Вальбелля. С подходом еще шести французских кораблей к французам, чаша весов стала быстро склоняться в их сторону. Испанцы бежали, а Дюкен гнал и лупил их до самых береговых батарей Неаполя. Спустя два месяца испанцы предприняли было еще одну робкую попытку подойти к Мессине, но были вновь безжалостно отогнаны и побиты на сей раз отрядом кораблей маркиза д, Альмейраса.
После этого вконец опечаленному испанскому королю стало совершенно очевидно, что столь любимая им Сицилия вот-вот навсегда уплывет от него в сторону Франции. Делать более было нечего, и испанский монарх обратился за помощью к союзным голландцам, сразу же напомнив им обо всех своих недавних услугах, оказанных Соединенным провинциям.
В силу трактата от 30 августа 1673 года республика не могла отказать просителю. Особенностью просьбы Мадрида было то, что испанцы слезно молили, чтобы средиземноморскую экспедицию непременно возглавил Михаил де Рюйтер. В этом потомки Кортеса видели главную гарантию успеха предстоящей борьбы с французами.
В состав уходящего в южные воды голландского флота было решено включить восемнадцать кораблей, шесть легких судов, четыре брандера и несколько транспортов.
Когда генерал-адмиралу показали список кораблей, он категорически заявил:
– Идти с таким количеством вымпелов – это сознательное самоубийство! Необходимо увеличить число кораблей как минимум в два раза! Нам предстоит противостоять французам, у которых большой и хороший флот. Чего стоят одни провансальцы с их огромными плавучими крепостями!
– Испанский король обещал помочь своими кораблями! – возразили ему.
– Обещать можно, что угодно! Я знаю испанский флот, самое больше для чего он годен – так это красиво утонуть! – в сердцах выкрикнул Рюйтер. – В таком деле, какое вы сейчас затеваете, надеяться следует только на себя!
– Французский флот – это всего лишь мираж! – не переставали наседать на главнокомандующего государственные чиновники.