С рассветом 12 июня Рюйтер созвал к себе флагманов и капитанов, чтобы еще раз убедить их сражаться так же мужественно, как и в первый день и не ослабевать натиска. Англичане открылись в дистанции одной мили. Оба флота, обнаружив друг друга, сразу же устремились в бой. Голландцы что бы упрочить вчерашний успех, англичане, горя желанием, переломить ход неудачного для них сражения. Мужество англичан было достойно восхищения, так как с учетом вчерашних потерь подавляющий численный перевес был теперь на стороне голландцев, но упорство герцога Альбемарле-Монка только усугубили ситуацию и еще больше приблизили англичан к полному разгрому.
Адмирал де Рюйтер
Голландцы держали курс на норд-вест, англичане правили к зюйду. Сблизившись с противником, Рюйтер поднял сигнал поворота на зюйд, чтобы лечь на курс параллельный противнику. Англичане, поняв его маневр, немедленно отказались от выигрыша ветра и вместо этого резко повернули по ветру на голландский флот. Таким образом, после недолгого маневрирования оба противника шли сходящимися курсами, изо всех сил поражая друг друга из всех пушек. Над волнами стоял непрерывный орудийный грохот, напрочь заглушающий все иные звуки. Из-за близкой дистанции повреждения и тех и других были ужасающими. Затем несколько стих ветер и, несколько разойдясь, противники тотчас принялись исправлять то, что еще можно был исправить. Но затишье продолжалось не долго. Вскоре ветер снова посвежел и англичане с голландцами с новыми силами ринулись в бой.
Над «Семью провинциями» Рюйтера взвились сигналы, призывающие сваливаться с англичанами на абордаж при малейшей к тому возможности. Внезапно Рюйтер услышал далеко за боевой линией противника ожесточенную канонаду. Опытному флотоводцу не составляло труда мгновенно понять, что там в самом центре неприятельских сил сейчас идет яростный бой, но кто и каким образом оказался там, было неизвестно. Верный своему принципу никого и никогда не оставлять в беде, лейтенант-адмирал принимает смелое решение прорваться с ближайшими кораблями к месту схватки и поддержать оказавшиеся там корабли. Отважно прорезав английскую линию, неся серьезные потери, но и сам, сея вокруг себя смерть, он пробился к окруженным. Ими оказались корабли Корнелия Тромпа, который чрезвычайно храбро, хотя и чрезвычайно опрометчиво проник в самый центр неприятеля всего лишь с пятью кораблями, в результате чего попал в критическое положение. Не подоспей на помощь Рюйтер, отряд Тромпа спустя какие-то полчаса был бы полностью испепелен. Да и так все пять кораблей были уже лишены мачт и изрешечены, как кухонные друшляки. Палубы их были в несколько слоев завалены трупами, и в живых на каждом из кораблей оставалось лишь по нескольку десятков обезумевших людей. Усилив огонь, Рюйтер отогнал англичан и вывел отряд Тромпа к главным силам. Так как ни один из спасенных кораблей не мог более принести никакой пользы, он велел тут же отделить их от флота и со всей предосторожностью отбуксировать в Тексель. После этого, подтянув растянувшийся было флот к себе, Рюйтер вновь усилил огонь. Результат столь концентрированной атаки не замедлил сказаться. То там, то здесь стали раздаваться оглушительные взрывы. Это погибали английские корабли. Всего в течение какой-то четверти часа Англия лишилась семи кораблей, а голландцы все наращивали и наращивали огонь.