Я открыл люк, пробрался через обломки машин и захромал к ближайшему карту. С потолка на меня ничего не падало. Если повезет, я, пожалуй, смогу пересечь добрую половину помещения, прежде чем мое возвращение заметят.
Придется признать, что корабль мы оставляем в плачевном состоянии. Повсюду разбитые, перевернутые, уничтоженные, помятые машины… и трупы, трупы пауков…
Безобразие!
Впрочем, это привычно. Я был один и находился в крайне невыгодном, почти безвыходном положении. Даже если получится по-моему, кому-нибудь это не понравится. В данном случае местным жителям. О попытках достичь какого-то взаимопонимания между нашими расами не могло быть и речи.
Я включил ближайший уцелевший карт и тронулся с места. С потолка на машинку спрыгнул некрупный ксенос, но не попал. Мне требовался научно-изыскательский флаер; неповрежденным остался лишь один.
Я слышал Салмагард и Дейлани через комм. Если с ними что-то случится, я не смогу им помочь. Если потребуется совет… я не в том состоянии, чтобы давать советы. Мне еле-еле удавалось сосредоточиться настолько, чтобы машина ехала прямо. Отвлекаться было совсем ни к чему. Я отключил комм и прибавил скорость.
Опомнившиеся ксеносы быстро приближались. Я выскочил из карта, дернул рукоять открывания рампы и метнулся обратно под ненадежную крышу, чудом увернувшись от когтей одного из врагов. Он был так велик, что не смог бы пролезть по корабельному коридору. Наверняка он явился через открытые ворота.
За этими воротами я видел черную стену провала и клубящийся зеленый туман.
Очень скоро я там окажусь.
Я описал широкую дугу, чуть не зацепив стену, и, резко изменив направление, покатил обратно к флаеру. Загнав карт вверх по рампе, я спрыгнул с него перед тем, как он уткнулся в переборку, перекатился по полу, вскочил и, повернув рычаг, закрыл рампу. Большой ксенос уже стоял на ней. Я почти в упор выстрелил из ракетницы ему, как я решил, в морду, и он беззвучно свалился на пол ангара.
Рампа закрылась. Пауки уже скопились на флаере, и мне не следовало рассчитывать на то, что они будут ко мне так же снисходительны, как к Салмагард. Мне, в отличие от нее, нужно было действовать очень быстро: ведь ей не нужно было поднимать флаер в полет. Мне же это было необходимо. Я не мог позволить аборигенам серьезно повредить машину.
Я собрался с силами, включил свет в кабине, а затем и энергосистему флаера. Войдя в компьютер, я запросил список оснащения машины. Конечно же, здесь, среди различных геологических причиндалов, нашелся и комплект мощных взрывных шашек.
Я, не мешкая, поднял машину и пошел над палубой. Реактивная струя смела ксеносов, которым не повезло оказаться под хвостом, и разметала оставшиеся машины. Судя по тому, как флаер отзывался на управление, на нем еще оставалось несколько пассажиров, но, пока он мог двигаться, меня это не беспокоило.
Я направил флаер к открытым наружным воротам. Этим аппаратам полагалось стартовать с открытой взлетной рампы, где реактивный выхлоп не мог причинить никаких неприятностей. Я же учинил в ангаре полнейший хаос, раскидал остававшееся там оборудование и машины, реактивная струя даже содрала металлические листы с пола и панели с переборок. Конечно, в вакууме звук сирен не распространялся, но я хорошо видел, как на стенах яростно мигали лампы аварийной сигнализации.
Я решил не беспокоиться об испорченном чужом имуществе. Прибавил оборотов, и флаер начал набирать высоту. Я летел медленно и ровно.
Немного удалившись от корабля, я стал подниматься энергичнее, не сводя при этом взгляда с экранов внешнего обзора. Перед тем как приступить к действию, необходимо было изучить обстановку.
Я положил флаер описывать на автопилоте круг на высоте метров двести и переполз на соседнее кресло, чтобы лучше сосредоточиться на изображении.
На корпусе корабля громоздилась огромная куча каменного крошева. Туда обрушился здоровенный кусок стены. Тоже напортачили при взрывных работах? Или это результат сейсмической активности? Это могло быть что угодно, однако казалось, что обвал каким-то образом связан с таинственной геологической формацией, сведения о которой Дейлани отыскала в корабельных архивах.
Сверху я прекрасно видел это образование, но так и не мог даже представить себе, чем оно могло быть и как на него может повлиять то, что я вознамерился сделать. Даже на вид было ясно, что оно заметно тверже окружающей породы, это тоже могло вызвать осложнения.